“Признание страны спонсором терроризма это одна из последних стрел в арсенале американской внешней политики. После этого санкции по торговле с госструктурами. Какая страна является спонсором терроризма номер 1? Это Иран. Он поддерживает “Исламский Джихад”.  Поэтому с Ираном идут активные переговоры. А США пытаются прийти к соглашению, и поменять тот антииранский курс, который был во время Трампа. Поэтому Байден пытался идти на договоренности и компромиссы. А  администрация старается избежать признания России страной спонсором терроризма, оставляя каналы для дипломатических переговоров”, — сказал Коэн.

По его словам, США понимают, что Россия позиционировала себя как союзника Соединенных Штатов в борьбе с Аль Каидой.

“Помните, РФ предоставила свою территорию и базу в Ульяновске… Поэтому Путин позвонил и выразил соболезнование с нападением на США 11 сентября первым… И позвонил до того, как это нападение было совершено”, — сказал старший эксперт Атлантического совета. 

Как считает Коэн, Россия запустила процесс, в котором с обеих сторон идет очень серьезная эскалация в Украине. Поставку оружия в том числе. 

“Россия запустила процесс, в котором санкции, от которых она сейчас отряхивается и говорит, что все замечательно, приносят очень серьезный вред. Это все без признания России страной спонсором терроризма. Поэтому точку невозврата Россия прошла в 2014 году, захватив Крым и влезая на Донбасс, и в 2022 году, начав полномасштабное вторжение в Украину. Это все сделал своими ручками Путин и круг его пропагандистов”, — считает старший эксперт Атлантического совета. 

Как утверждает Коэн, есть риторический вопрос, можно ли признать страной спонсором терроризма страну, армия которой убивает мирных жителей? 

“Мой инстинкт говорит, что это преступление против человечества, преступление военное. По этим преступлениям идет расследование международного суда в Гааге. Поэтому этот суд имеет значение с точки зрения престижа. И может привести к выдаче военных преступников. Например, спонсирование тех милиций, элементов в Донбассе, которые сбили малазийский самолет это терроризм или не терроризм? Это все на самом деле находится на таком скользком зыбком уровне, где международное право сталкивается с политическими решениями на высшем уровне”, — считает старший эксперт Атлантического совета.