5 сентября Москва подверглась атаке беспилотных летательных аппаратов. Об этом сообщает Министерство обороны Российской Федерации в Telegram.

В заявлении ведомства говорится, что примерно в 03:00 по московскому времени над территорией Калужской области противовоздушная оборона сбила «БПЛА самолетного типа».

Спустя несколько минут в Минобороны РФ отчитались об уничтожении еще одного беспилотника. По данным ведомства, БПЛА был сбит над территорией Истринского района Московской области.

Мэр Москвы Сергей Собянин уточнил, что оба дрона пытались атаковать российскую столицу. Чиновник утверждает, что в результате падения обломков в Истринском районе был поврежден «бытовой объект».

Позже Собянин сообщил, что еще один дрон был сбит в Тверской области в районе села Завидово. По его словам, упомянутый БПЛА, как и предыдущие, направлялся в сторону Москвы. В Минобороны подтвердили уничтожение беспилотника.

Telegram-канал Mash сообщил, что из-за атаки беспилотников в столичном аэропорту Внуково был объявлен план «Ковер». Также задержаны рейсы в Домодедово и Шереметьево.

«Нет войны… Ну дроны в небе, подумаешь… Когда эти люди выйдут делать селфи на фоне ядерного взрыва, они очень удивятся, почему у них что-то подгорело. А еще нечаянно оторвало голову… И кажется что-то подгорело.. И как же я буду без головы выкладывать фото, где все сгорело заживо. А в телевизоре говорят «нет никакой войны». Прилетают беспилотники, а у них в голове нет осознания происходящего. Россия погрузилась в средневековье совершенно неслучайно. Образование стало частью ужаса. Есть люди, которые считают, что Земля плоская. Это можно считать данностью нашей жизни», — сказал Асланян.

По его словам, беспилотники пока еще не являются фактором большого беспокойства и большой угрозы для россиян.

«Никто ж не побиг. Видно, что все они прилетают на рассвете, когда ущерб от них только моральный и политический, но не касаются людей. Тем более скорость 100 киллометров  в час… С определенным запасом взрывного вещества и при падении с обязательным взрывом. Но это все разведка боем. И если кого-то и сбили, то это вопреки, а не благодаря. И люди в состоянии покоя. Дроны летают, но никого не убили», — сказал Асланян.

Взрыв произошел на Загорском оптико-механическом заводе в Сергиевом Посаде. Предприятие занимается производством наблюдательной техники, медицинского оборудования, лабораторных приборов, дозиметрического оборудования и технических средств безопасности.

Позже экстренные службы РФ сообщили, что причиной взрыва стал человеческий фактор. В итоге был разрушен склад на площади 1,6 тыс. кв. метров. Перед этим росСМИ писали, что по зданию ударил беспилотник.

На заводе в Сергиевом Посаде объявили эвакуацию из всех зданий и цехов, в том числе арендованных.

На 21-м этаже здания «Москва-Сити» располагается Министерство экономического развития РФ. Именно в эту часть здания был нанесен удар украинским беспилотником.

«На 21-м этаже башни IQ-Квартала „Москва-Сити“, предварительно, находится Минэкономразвития», — сообщает telegram-канал 112. Там отметили, что БПЛА был нацелен для удара именно в эту часть небоскреба.

Удары БПЛА по Москве усложняют для Кремля ведение войны против Украины. Об этом пишет издание The New York Times со ссылкой на западных аналитиков.

Сообщается, взрывы в столице России могут заставить командование ВС РФ принимать трудные решение об использовании ресурсов, что усугубит разногласия среди российских чиновников.

Как рассказал бывший командующий армией США в Европе Бен Ходжес, удары по территории РФ помогают контрнаступлению ВСУ.

«Эту войну нельзя выиграть без того, чтобы Россия почувствовала. А войну невозможно почувствовать, если удары не наносятся по Москве. Потому что единственный мирный центр России — это Москва. Вся остальная территория никого не волнует. Потому что сливки путинского общества имеющие отношения к бизнесу, политике управлению государством сосредоточены на Москве. Поэтому пока Москва не будет чувствовать этой войны, Россия может вести эту войну вечно», — считает Фельштинский.

По его словам, Запад до сих пор не принял политическое решение о поставках необходимого оружия в Украину. А это важно для того, чтобы закончить войну в Украине.

«Войну нельзя выиграть, если Украина не будет наносить удары по территории противника. Долетели дроны до Москвы, мы это все видели. Но это не те дроны, и не те удары, которые должны наносится по Москве. Для того, чтобы Москва захотела эту войну закончить, это должны быть дроны западного производства», — считает Фельштинский.

А на подступах к Москве роют окопы.

Ранее в Подмосковье начали перекрывать дороги. А авиация Минобороны РФ нанесла удар по трассе M4 «Дон». По ней, вероятно, движется техника ЧВК «Вагнер». Также сообщается, что одну из колонн наемников атаковали в Воронежской области.

По его словам, Россией управляет не Путин, как человек, а Госбезопасность.

“Госбезопасность начала все полностью брать под свой контроль. Из-за этого Путин, как столько стал премьер-министром, молниеносно захватил всю Россию. Потому что все эти люди были уже расставлены по своим местам”, — считает Фельштинский.

По мнению доктора исторических наук, все что полезно для общества, в России оказывается категорически вредно. 

“С 1991 года всего этого родилось очень много. “Медузу” объявили иностранным агентом. Безусловно, много совершаются ляпов, что-то они отпускают, что-то задним числом пытается поправить. На днях Мосгорсуд ликвидировал Московскую Хельсинскую группу”, — считает Фельштинский.

Российско-американский историк утверждает, что для демонтажа России больше всего сделал именно Путин, когда 24 февраля начал полномасштабное вторжение в Украину. 

“Нужно, чтобы американцы и европейцы дали украинцем ракеты F-16 и ракеты большой дальности, чтобы был нанесен удар по Москве. 5 объектов, которые необходимо уничтожить: Останкинскую телебашню, Лубянку, Думу, Министерство обороны, Министерство иностранных дел. Я гарантирую, что через неделю после этого война закончится”, — говорит Фельштинский. 

“Недвижимость и аренда в домах рядом с установками ПВО в Москве подорожала. Считается, что эти дома будут первые защищены. Но они будут первые взорваны изнутри, и это не будут ракетные удары. В Москву прилетит обязательно. Это сделает Путин и его камарилья”, — считает политик. 

Только когда украинская армия полностью освободит свою территорию, встанет вопрос о подписании каких-либо соглашений, — считает Сидельников. Если путинский преступный режим не будет разгромлен в результате этой войны, то через какое-то время все повторится. И уже может быть уничтожен весь цивилизованный мир. 

“Поэтому этот режим должен быть уничтожен совместно с его союзниками. Это главная задача США  — прекратить надеяться, что после того, как будет освобождена вся территория Украины, Путина можно будет усадить за стол переговоров и уговорить. Путинский фашистский режим должен быть полностью уничтожен. Должно прийти возмездие”, — утверждает Сидельников. 

“Это безумцы  — люди, которые ставят ПВО на крышах зданий в центре Москвы. ПВО устанавливается по периметру охраняемого объекта, а не на самом объекте. То есть на голову себе вот этот панцирь водрузить это безумие. Потому что ты сбиваешь ракеты над городом, а они будут падать на головы москвичам. Это свидетельство того, что само руководство Кремля не доверяет нынешним ПВО и собственной армии”, — считает журналист. 

По его словам, Путин уже не очень контролирует то, что происходит в российской армии, а внутри самой армии идет раздрай, с которым российский диктатор не справляется. Помимо того, что армия приватизируется, по мнению Яковенко, что является уникальным явлением. 

“Зеленский заявил, что не знает, жив ли Путин. Путин, конечно же, жив, но не в полной мере контролирует ситуацию”, — считает журналист. 

Я начал трудовую деятельность в 1989 году. В 14 лет. За год до того к нам в школу привезли подарок – персональный компьютер, истинное чудо! – настоящую IBM PC/XT. Именно IВM! С тремя полосатыми буквами на сером корпусе с черными провалами дисководов. Эта заморская машинка заняла почетное место в президиуме – на учительском столе в недавно открывшемся компьютерном классе, где стояло три ряда новинок отечественной электронной промышленности, детских компьютеров БК-00-10-01. Как мы тогда шутили по их поводу: «персональных компьютеров коллективного пользования». Наверное, это был первый и последний раз, когда чистокровный американец из Кремниевой долины захватил российский президиум.

Надо сказать, компьютерами я интересовался с детства. Впрочем, как и всей техникой. Но именно айбиэмка определила мою судьбу: немедленно был куплен полусамодельного (а других-то и не было) вида учебник по новейшему языку программирования BASIC, и я пропал. С утра до вечера я сидел в компьютерном классе, используя все возможности, чтобы попасть за вожделенный учительский стол. MS-DOS 4.01, Windows 2.03 – какая музыка! Для ушей? Нет. Для ума.

Через год я уже мог делать работу системного администратора. Собственно, с исполнения этой работы и началась моя карьера – это произошло в Институте проблем безопасного развития атомной энергетики (ИБРАЭ) Академии наук. ИБРАЭ, созданный вскоре после чернобыльской катастрофы, стал одним из центров распространения в Москве новых компьютерных технологий. Через него же в бурную кооперативную эпоху ввозились самые передовые персональные компьютеры. Проблема была за малым: на персоналках никто не умел работать, все привыкли к большим ЭВМ. Этим я и воспользовался, создав с моим старшим товарищем по школе Дмитрием Березой обучающую спецгруппу. Взамен нам дали в ИБРАЭ несколько постоянных рабочих мест и комнату – мой первый офис…

2.

Вскоре мы заработали стартовый капитал – гигантскую для меня тогдашнего сумму в тысячу долларов. её нам заплатили за создание мультипликационной (как сейчас модно говорить – мультимедийной, знали бы мы тогда это слово, попросили бы вдвое больше!) презентации для итальянских партнеров моего отца. Деньги мы с Дмитрием вложили в создание своей компании, которая должна была заниматься программированием и компьютерами. Назвали мы её скромно: «РуссПрофи». Как раз в последние дни Советского Союза, в декабре 1991 года, мы получили свидетельство о регистрации и стали – подумать только – акционерами. Казалось, мы стоим на пороге действительно нового мира – мира неограниченных манящих возможностей.

Моя бизнес-карьера сложилась отлично. В 1995 году, когда Дима уехал в Штаты учиться программированию, я продал бизнес и стал исполнительным директором российско-американского совместного предприятия International Network Connections. А в 1996м ушел оттуда директором по развитию в ведущую мировую компанию-поставщика технологий для нефтяной отрасли «Шлюмберже».  

Это была крупнейшая компания, занимающаяся сервисом для нефте- и газодобытчиков. Ведущий мировой поставщик технологий для геологической разведки, оценки пластов, строительства скважин, а также комплексного управления добычей углеводородов. Работает более чем в 120 странах мира и насчитывает около 105 000 сотрудников свыше 170 национальностей. Предоставляет самый широкий в отрасли спектр продуктов и услуг. 

В куртке «Шлюмберже» я проехал всю Россию в поисках новых технологий по управлению добывающими предприятиями. А найденное мы распространяли по миру. Этого тогда не делал никто – все считали, что у нас в стране технологий вне военной отрасли, тем более технологий управления, нет и быть не может. А мы доказали: это не так! Они есть. 

В двадцать четыре года я стал вице-президентом по информационным технологиям ЮКОСа – лидера российской нефтяной отрасли… А в двадцать шесть понял: всё – тупик.

3.

К этому пониманию меня подтолкнул разговор с владельцем ЮКОСа Михаилом Ходорковским.

Дело было во вторник, 10 августа 1999 года. Я руководил рабочей группой программистов и дизайнеров, перезапускавшей начатый ЮКОСом и Фондом эффективной политики Глеба Павловского проект Газета.ру. Первая версия, сделанная Антоном Носиком, не понравилась Ходорковскому. В июле он забрал сайт у ФЭПа, пригласил главным редактором Влада Бородулина из «Коммерсанта», а нам сказал всё переделать. И вот настал день, когда я показал МБХ новый дизайн. шёл третий час совещания…

– Так, что у нас тут… – Ходорковский нажал на кнопку «бизнес». Открылся раздел деловых новостей. – Нет, Илья, ну как вы не понимаете? У вас же тут раздел о сделках, а цвет шрифта светло-синий, когда нужно темный! Темный солиднее, увереннее смотрится!

Я пометил в блокноте. 

– Хмм… Нет, прогресс, конечно, есть. А почему тут шрифт какой-то кругленький слишком?

Я записал. Чистые листочки на глазах заканчивались.

– Да, это важно очень. А как бы сделать, чтоб этот сайт на всех компьютерах по умолчанию грузился?

– Ну, например, мы купим Рамблер, – тогда именно Рамблер был самым популярным сайтом в России, – и сможем это сделать. Выкинем поиск, поставим Газету.ру! – стал терять терпение я.

Ходорковский иронии не понял. Он был готов менять лицо российского Интернета самым решительным образом.

– Отличная мысль! Съездите к ним, поговорите.

– Михаил Борисович, вы издеваетесь? Ваш час стоит больше, чем весь этот Рамблер!

Я, кстати, не сильно преувеличил. МБХ потом заставил нас-таки провести переговоры с основателем Рамблера Дмитрием Крюковым. Мы уговорили его продать проект за девяносто тысяч долларов, но Ходорковский решил, что это слишком дорого. Зря. 

– Вы сейчас тратите своё время на ерунду! Газета.ру – это же просто сайт! Если нужно –  доделаем и переделаем в любой момент, – я правда не понимал: и что это МБХ так прицепился к дизайну?

– Илья, вы не понимаете, – терпеливо и даже чуть снисходительно стал объяснять Ходорковский. – Вы о вчерашнем назначении слыхали?

Речь шла о каком-то Путине, кандидатуру которого в понедельник Ельцин внес на должность премьер-министра. Предыдущий – Степашин – продержался три месяца. Не так сел. Какая разница, кого уходящий дедушка куда назначит? До выборов президента оставалось меньше года, и следующим точно будет кто-то другой. Либо Примаков, либо Лужков, третьего не дано.

– Так вот, – продолжил МБХ. – Его на днях Дума утвердит, а потом он станет президентом. А потом Газета.ру останется единственным свободным СМИ в стране.

– Это как? – его политологическая теория звучала предельно абсурдно.

– Увидите. А пока сделайте мне Газету.ру идеальным сайтом!

Мы вернулись к работе. 

4.

Путин действительно стал уже в том году президентом. 

В 2001 году он разогнал лучший на то время российский телеканал НТВ, и так невзначай убил мой тогдашний проект по созданию в России системы интерактивного телевидения нового поколения. Это был уже третий раз, когда политика вмешивалась в мою профессиональную деятельность, заставляя резко менять жизненные планы. Я вспомнил слова Ходорковского и решил, что сам должен стать политиком, чтоб больше никогда не пришлось подчиняться чужой недоброй воле. Я ушел из ЮКОСа, и как потом оказалось – благодаря этому остался на свободе. Для меня началась другая жизнь…

Став политиком в 2002м году, я пошёл в КПРФ. Этот выбор был совершенно очевиден: во-первых, тогда это была единственная какая-никакая, но оппозиция; во-вторых, я видел и мог решить её главные проблемы: отсутствие профессиональных кадров и денег; в-третьих, дикий олигархический капитализм явно губил Россию, и левый поворот был ей просто необходим. В 2003м я даже принял участие в написании исторического доклада «Государство и олигархия», который, по иронии судьбы, Путин использовал как публичное оправдание начала «дела ЮКОСа». Затевался же он для начала кампании против олигархии как явления, а не замены одних жуликов и воров (без погон) на других (с погонами и питерской пропиской). Увы, не всё у нас получилось, как хотели.

Меня многие спрашивают: «а как же ты, левый, сочетаешь занятия бизнесом, работу в ЮКОСе и свои взгляды? Наверное, левизна – только поза, а на самом деле тебе всё равно, и ты делаешь карьеру там, где получается». На самом деле, всё очень просто.

Я – действительно левых взглядов.

Быть левым в моем понимании – быть свободным и жить по справедливости, за счет своего, а не чужого труда.

5.

Весной 1985го года мне было 9 лет. Я был тихим интеллигентным мальчиком, не дрался, девочек за косички не дергал, учился на пятерки и всё такое. Только что стал пионером, и гордо носил аккуратно выглаженный галстук: правый конец короче, левый длиннее, как положено по уставу. В общем, был ботаником.

Все изменилось в одночасье. Одним прекрасным днем в коридоре моей школы меня поймал за пуговицу какой-то вихрастый парень-старшеклассник:

– Так. Ты – пионер?

– Эээ…

– Ладно. Вижу, что пионер. Значит выполнишь пионерское поручение!

– Я?.. 

– Да. Отказываться нельзя, – поспешил сказать парень. – Это будет не по-коммунистически. Тем более, все уже отказались, – несколько нелогично добавил он; вроде как антикоммунистического заговора у нас в школе пока не наблюдалось. – Ты же пионер! В общем, будешь нашим школьным горнистом.

– Кем???

– Горнистом. Я – Дмитрий Береза, – представился он, – член Совета дружины школы. Мне поручено найти нам горниста. Им будешь ты, – не давая мне вставить слова, уверенно чеканил парень. – Завтра в 18-00 тебе надо быть в районном Доме пионеров на улице Строителей, тебя всему научат. Вопросы есть?

– Есть!

– Вот и хорошо, тогда завтра в 18-00 сможешь их задать инструктору. Ну, давай, – протянул он прощание руку. – Ты же из третьего «А»? Я тебя найду послезавтра!

Так мы познакомились с моим первым настоящим другом и самым близким будущим деловым партнером. Несмотря на мои опасения, в Доме пионеров мне понравилось. Тем более, что я перепутал этажи и вместо занятий по горну попал на заседание районного пионерского штаба. 

6.

Октябрьский РПШ в Москве был структурой, созданной и вдохновляемой настоящим энтузиастом своего дела – Мариной Борисовной Елшиной. Он не был, как во многих других местах, рассадником фальшивого комсомольского формализма. Для меня он был второй семьёй, причем успешно конкурирующей с первой. 

Все мои организационные и политические навыки, и даже опыт ведения конкурентной избирательной кампании я получил именно в нем. Мы организовывали в школах района сбор макулатуры и металлолома, направляли волонтеров в детские сады и ясли, читали Ленина, издавали газету, ходили в походы, пели Визбора и Высоцкого и учились танцевать бальные танцы. Много лет спустя я узнал, что был частью эксперимента по выращиванию в молодежной среде новой элиты, призванной обновить КПСС; увы, Союз распался раньше, чем мы выросли. Но главные уроки: быть лидером; не только руководить, но и показывать личный пример; постоянно учиться и не быть догматиком – остались со мной навсегда.

Благодаря тому, ещё школьному опыту, мир для меня навсегда разделен на две части. На тех, кто работает во имя результата; и я уважаю любой результат, если он достигнут своим трудом. И тех, кто изображает кипучую деятельность, и трескотней фраз прикрывает свою пустоту. Или ещё хуже – желание украсть то, что сделали другие. Последние годы, к сожалению, были временем таких жуликов. Но оно заканчивается. Приходит наш черед.

Приходит черед тех, кто умеет и хочет работать.

Тех, кто понял: своё право на будущее надо отстоять.

Отстоять трудом и действием. В том числе – протестным.

Горнистом, правда, я так и не стал.