Ниже приведен текст статьи на русском языке.

ЛОНДОН — Илья Пономарев в хорошем настроении.

Говоря с The Moscow Times в Лондоне, бывший российский законодатель, превратившийся в контроверсийного оппозиционера, заказывает чай, шутит, что его вкусы не изменились после смертельного отравления Александра Литвиненко, которого он называет личным другом. Пономарев находится в изгнании с 2016 года, когда он переехал в Киев после обвинения в хищении и позже был импичментирован за неисполнение своих обязанностей.

Сегодня он утверждает, что является пресс-секретарем Национальной Республиканской Армии (НРА), партизанской группы, пытающейся свергнуть президента Владимира Путина. Как член Государственной Думы России в начале 2010-х годов, Пономарев сопротивлялся углубляющемуся авторитаризму России. Он был единственным, кто проголосовал против аннексии Крыма и так называемого «гей-пропагандистского закона».

Однако критики 48-летнего бывшего технологического магната, утверждают, что он был частью истеблишмента во время консолидации власти Путина.

«Насколько я вижу, есть 20% российского народа, которые категорически поддерживают войну, 20% — категорически против нее, и остальные нейтральны. И эти 60% — это наш народ», — говорит он. «Путь к развитию их потенциала — захват Кремля. Другого пути нет. Эти люди будут слушать практически кого угодно, пока он находится в Кремле».

Когда его просят подтвердить, будет ли у российского народа выбор при предлагаемом переходе  власти, он не колеблясь говорит: «Абсолютно нет». «Прямо сейчас их руки связаны, и они не знают, что могут что-то сделать».

Пономарев сейчас входит в состав Съезда народных депутатов, российском теневом парламенте, базирующемся в Польше и официально не признанном ни одним государством. С февраля 2022 года он является членом Украинских территориальных сил самообороны. В своей недавней книге «Должен ли Путин умереть? История того, как Россия стала демократией после поражения от Украины» он утверждает, что государственный переворот, за которым следует тщательно управляемый переход, является наиболее надежным способом организации свободных и справедливых выборов в стране.

План Пономарева не является беспрецедентным. В июне лидеру наемников Евгению Пригожину удалось без особого сопротивления захватить военный штаб и южный город Ростов-на-Дону. Политик сообщил газете The Moscow Times, что его не смущает окончательный провал мятежа Пригожина. «Для нас все, что произошло с Пригожиным, было очень положительным», — говорит он. «Потому что Пригожин выступил в качестве доказательства нашей концепции. Он сделал именно то, что мы обещали сделать, и это сработало… это все еще возможно».

Пономарев хочет атаковать сверху вниз, не обращая внимания на согласие народа. У этой модели есть свои противники, и активисты обеспокоены тем, что этнические меньшинства и существующие массовые движения сопротивления в российских этнических республиках остаются за рамками обсуждения. Когда его спросили о деколонизации, Пономарев говорит, что призывы о разрыве с Москвой должны исходить «изнутри самих республик».

Пономарев признает, что он «не военный человек», но его план зависит от поддержки военных. Он утверждает, что находится в близком контакте с четырьмя батальонами российских добровольцев в украинской армии, которые получают «около 1000 заявок в месяц». В предыдущих интервью его критиковали за отказ назвать свои источники в НРА, организации, которую он поддерживает, но к которой не присоединился. На YouTube- и Telegram-каналах Пономарева размещены сообщения, предположительно исходящие внутри группы , включая манифест и кадры взрывов на военных заводах и железнодорожных линиях внутри России. Пономарев настаивает на анонимности для защиты НРА. Он говорит, что «по крайней мере 12» его друзей и коллег были убиты за время его политической карьеры. В 2017 году Киев предоставил Пономареву личную охрану после того, как бывший российский законодатель Денис Вороненков был застрелен по пути на встречу с ним, предположительно в результате нападения ФСБ.

НРА заявила о своей ответственности за убийства провоенного блогера Владлена Татарского и Дарьи Дугиной, дочери крайне правого идеолога Александра Дугина. Пономарев поддержал эти убийства и заявил Meduza, что «любой, кто участвует на противоположной стороне войны, считается законной целью [для НРА]». Когда его спросили, как он определяет «участвует», Пономарев покашливает.

«Давайте сразу проясним, что убийства организовывал не я. Это люди, которых я считаю героями и которые поступают правильно, но это не я», — говорит он.

«НРА считает законными целями всех, кто финансирует войну, организует войну как государственные гражданские служащие, тех, кто владеет компаниями, производящими оружие, и тех, кто находится в любом месте цепочки войны». Он заявил, что члены семей людей в этой категории, которые лично не участвуют, будут считаться «гражданскими» и не будут целью. «Я бы не поддерживал это», — говорит он.

Федеральная служба безопасности (ФСБ) России опровергла версию Пономарева о событиях и обвинила украинские спецслужбы в взрыве автомобиля, в результате которого погибла Дарья Дугина.

Поддерживая военный переворот в России, Пономарев идет дальше своих соратников Михаила Ходорковского и Гарри Каспарова, и он утверждает, что они не пригласили его на саммит из-за проблем безопасности. Пономарев был заместителем Ходорковского во время его работы в компании «ЮКОС», и несмотря на идеологические различия, они остаются близкими друзьями. «Я не вижу здесь противоречия», — говорит Пономарев.

«Я бы сказал, что моя политическая позиция гораздо ближе к позиции Каспарова. Я очень надеюсь, что мы скоро увидим публичный союз между нами. Мы приближаемся друг к другу с каждым днем, у нас уже есть много совместных мероприятий. Потому что политически взгляды близки. Что касается моих личных отношений с Гарри, он мой коллега. Ходорковский — мой друг».

Каспаров, 13-й чемпион мира по шахматам, недавно написал в  X (ранее Twitter), что он поддерживает использование замороженных российских активов для восстановления Украины. Однако это далеко не то, что открыто говорит Пономарев о покушениях и тайных батальонах. Пономарев утверждает, что за закрытыми дверями многие российские оппозиционеры поддерживают вооруженное сопротивление.

«Среди общей оппозиционной толпы я бы сказал, что это половина-половина [за и против вооруженного сопротивления]», — говорит он. «Лидеры более умеренные, потому что им есть что терять, и они обычно осторожнее. Так что я бы сказал, что около трети [лидеров поддерживают вооруженное сопротивление]. Но много людей даже из этой трети говорят: ‘Илья, мы полностью с тобой, но мы не можем сказать это публично'».

У Пономарева напряженные отношения со сторонниками заключенного критика Кремля Алексея Навального, которые уходят корнями во времена его пребывания у власти. Политик обвиняет близких к заключенному оппозиционеру лиц в искажении его роли в введении закона России о ограничении интернета в 2012 году, который ужесточил онлайн-цензуру. «К тому моменту было невозможно просто заблокировать [закон]», — аргументирует Пономарев, пытаясь сменить тему. «Я пытался направить его в определенном направлении, чтобы избежать накала страстей. Позже это было использовано против меня».

«Это была моя политическая ошибка», — признает он. «Если бы у меня было время, я бы не касался этого. Потому что это все равно произошло, с последующими законами».

Недавнее 20-дневное исчезновение Навального во время перевода из тюрьмы усилило опасения, что российское оппозиционное движение может оказаться без своего самого видного деятеля. Пономарев говорит, что он уверен, что последователи Навального в конечном итоге найдут общий язык с его фракцией оппозиции. «Я не думаю, что есть слишком много разделяющего нас», — говорит он.

«В настоящее время есть разрыв между лидерами (оппозиции), которые борются друг с другом из-за своих личных амбиций. Мы все конкурируем за признание от Брюсселя. Но как только будет признание правительства в изгнании и политической альтернативы Путину, я считаю, что разделение среди российской оппозиции фактически исчезнет».

Пономарев говорит, что видит сходства между собой и Светланой Тихановской, лидером белорусского правительства в изгнании. Однако он добавляет, что переговоры с ее командой не были простыми. «Ни одна из групп, с которыми я работаю, не активна на территории Беларуси», — говорит он. «У меня хорошие отношения с белорусской оппозицией, но официально они не хотят иметь ничего общего с российской оппозицией, потому что у них в рядах есть много националистических элементов».

Он говорит, что также рассматривал возможность убедить долговременного лидера Беларуси Александра Лукашенко, одного из самых близких союзников Путина, противостоять Кремлю. «Но этого не произошло, и теперь мы находимся на точке невозврата», — говорит он. «Теперь, санкции и его зависимость от Москвы настолько велика, что он не может сделать многое. Лукашенко дал использовать свою территорию для атак на Украину, но не участвует непосредственно. Поэтому украинское правительство решило: ‘Мы не сражаемся с ним'».

Пономарев не пытается представить себя будущим лидером демократической России. Он смеется над сравнениями с Шарлем де Голлем, военным лидером французского правительства в изгнании во время войны. «Единственное, что у нас общее с де Голлем, это модель. Должны быть военный компонент, компонент сопротивления и политическая альтернатива. Я не планирую участвовать в выборах в России».

Вместо этого Пономарев говорит The Moscow Times: «Я вижу себя идеологом политического перехода. Если человек, который разрабатывает переходный период, затем участвует в выборах, у него возникает искушение устроить все в свою пользу, чтобы выиграть выборы. Возникает конфликт интересов. И это произошло в 1993 году с Борисом Ельциным».

Допивая свой чай, Пономарев выглядит как непреклонная, но изолированная фигура. Однако это может измениться. В пятницу Пономарев встретится с политиками Великобритании, ЕС и Украины на лондонской конференции по британской и глобальной безопасности после российско-украинской войны.

«Путин не так силен, как кажется», говорит Пономарев. «Он богатый человек, но деньги не покупают друзей, которые будут сражаться и умирать за вас. Они покупают деловых партнеров».