Катюжанка – село в Киевской области, которое больше месяца находилось под российской оккупацией: российские военные захватили его в первые дни войны. От села до центра Киева – около 60 километров, от села до Ирпеня, Бучи, Гостомеля – почти 40 км. Именно в этом селе, в здании и на территории местной школы, российские военные устроили командный пункт, откуда руководили обстрелами Киева и ближайших к нему городов. Известно, что вертолетом в Катюжанку в конце марта прилетал командующий войсками Восточного округа Александр Чайко – чтобы вручить боевые награды «военнослужащим, отличившимся во время проведения специальной военной операции» на «наиболее важном направлении – Киевском». Об этом тогда сообщали российские СМИ.
После освобождения Катюжанки в школе нашли многочисленные вещи российских военных, в том числе личные дневники солдат и офицеров. Один из таких дневников оказался в распоряжении журналистов программы «Схемы». Официально его подлинность не подтверждена, однако в дневнике военный, скорее всего офицер, размышляет о том, зачем российские военные вторглись в Украину, анализирует военную стратегию РФ и рассказывает, как проводил в Катюжанке допросы украинцев. Дневник он вел в одной из тетрадей, вероятно найденных прямо в школе.
Школа в Катюжанке и вырытые перед ней перед российскими военными укрепления.
«Наш учитель, моя жена, нашла в одном из кабинетов дневник, который вел, скорее всего, один из офицеров. Скорее всего – юрист или представитель Федеральной службы безопасности (ФСБ) РФ. Там это по контексту можно понять», – пояснил директор Катюжанской школы Николай Никитчик.
Установить личность военного пока не удалось: он только раз на страницах дневника называет свое имя – Константин.
Автор дневника пишет, что пересек границу Украины 24 февраля. Через несколько дней, 28 февраля, его подразделение прибыло в Катюжанку.
Основные записи в дневнике начинаются 13 марта – через две недели после того, как российские военные оккупировали село и обустроились в школе. Журналисты «Схем» предполагают, что тогда у них появилось больше свободного времени.
«Ехали на учебу, а попали на войну… а война ли?» – подчеркивает эту фразу автор записок.
Он также вспоминает, как его часть ехала в Украину: выехали из российского города Смоленск через Беларусь. «Сижу в Катюжанке, это такое село. Изучаю школьную документацию, – пишет военный и добавляет: – До сих пор не смирился с тем, что я нахожусь в чужом государстве, до сих пор не верю в войну. До сих пор не знаю, правильно ли все это».
В одной из записей военный позволяет себе критиковать командование: «Бесит, что никто не говорит правду о потерях, о реальных боевых действиях. Я только и слышу, что «Дело наше верное, победа будет за нами»! Но верное ли это дело? Залезть в чужую страну и бомбить ее города?»
Он также рассказывает о потерях среди российских военных.
«Артиллерия мажет, БПЛА тупят… войска не слаженные, трехсотые и двухсотые в достатке, а командование в докладах говорит лишь о мнимом успехе… Путину скоро 70 (столько ему исполнится в октябре 2022-го – НВ), если он умрет начав войну, будет что-то!»
Он также признает, что планы российского командования быстро взять Киев и другие города Украины не удались.
«Хотели блиц-криг (орфография авторская), а в результате… сели на пятую точку. Есть ощущение, что история назовет наши действия вторым гитлеризмом и устроит очередной «Нюрнберг». Я вихлять не стану, виноват, был, воевал, сожалею!» – пишет военный.
15 марта военный написал, что, вероятно, по месту их пребывания будет организован ОГВС – штаб или пункт временной дислокации Объединенной группировки войск. Украинские военные подтвердили, что именно на территории Катюжанской школы российские войска обустроили пункт командования.
Еще через два дня военный расскажет о том, как проводил допрос.
«Совместными усилиями вашего покорного слуги и сотрудника были допрошены лица в составе 12 человек, все сплош (орфография авторская) нацисты, – пишет он. – Я был безжалостен, распинал их перекрестными, индивидуальными и ночными допросами».
«В очередной раз пришлось допрашивать священника, не могу сказать, что был мягок, отнюдь – суровость и профессионализм мной были проявлены с самоотдачей, что вызвало восхищение спецов из ФСБ, – рассказал военный. – Допросы проходят успешно, информативно, обещают предоставить для допроса протестантского пастора. Если ему есть что скрывать, я выясню это, как бы он ни хитрил, на таких товарищах я, как говорится, собаку съел!»
Радио Свобода удалось поговорить с бывшим украинским военнослужащим. Он рассказал, что его допрос в школе в Катюжанке проводил военный по прозвищу Немец. Журналисты заметили эту надпись на дверях одного из школьных кабинетов:
Однако является ли Немец автором дневника – пока неизвестно.
В другой записи он хвастается тем, что «задания выполнены отлично», а военные обнаружили «хранилище техники».
После упоминаний о проведенном допросе российский военный также жалуется на то, что его не берут «в бой».
«Обещали взять на боевое задание, долго я обивал пороги, чтоб добиться разрешения – в ответ убеждают, что это опасно, а мою голову надо беречь, у каждого своя война, и не всегда она на поле, в перестрелке, что моя роль не меньше важна, что мной уже многое сделано для победы русского оружия», – пишет военный в дневнике.
На остальных страницах военный пишет, что мечтает стать судьей, и размышляет в том числе над тем, какие проблемы есть в судебной системе и как ее реформировать.
«Коллеги выше рангом, которые служат в сфере безопасности, предвещают мне успешное будущее сотрудника контрразведки и обещают помощь в подготовке и пребывании в академии», – также замечает он.
Последнее сообщение в дневнике датировано 19 марта.
«В воздухе витают слухи о контрнаступлении укр. Якобы страны помогают личным составом и техникой. Но это только слухи», – пишет военный.
Что с ним произошло далее, вернулся ли он в Россию или был снова отправлен в Украину – пока неизвестно.