Томас Венцлова: заявление о том, что империализм и агрессия в «генах у россиян» — проявление расизма

Литовский поэт, переводчик и публицист, профессор славянских языков и литературы в Йельском университете Томас Венцлова — о cancel culture в отношении русской культуры.

На вопрос, что он чувствует, наблюдая за войной России в Украине, каким было воздействие этой войны на геополитику и культуру, сказал, что он довольно долго надеялся, что Россия, пусть медленно и с трудом, но свернет на путь, на который свернули страны Восточной Европы, включая Литву, и станет более нормальным государством, не агрессивной империей.

Еще в 2015 году в книге «Поиск оптимизма в век пессимизма» вместе с покойным Леонидасом Донскисом вы поднимали вопросы, связанные с драматическими переменами в Европе – с российской агрессией в Украине, оккупацией и аннексией Крыма, войной, вызовами, которые встают перед странами Балтии, ЕС, всем западным миром. Речь шла о диссидентах разных стран – писателях, публицистах, политологах, которые напрямую бросили вызов советскому строю, боролись с ним. Ряд советских диссидентов делал прогнозы относительно того, какой будет судьба советского режима, сколько он еще просуществует. Что вы чувствуете сегодня, видя войну в Украине?

– Я долго надеялся, что Россия, пусть медленно и с трудом, но свернет на путь, на который свернули страны Восточной Европы, включая Литву, и станет более нормальным государством, не агрессивной империей. К сожалению, этого не произошло. Повторился процесс, похожий на то, что было в Германии после Версальского договора: правящие слои в России осознали разгромное поражение СССР в холодной войне не как освобождение, а как катастрофу и стали думать о реванше.

Владимир Путин и его окружение, как Адольф Гитлер и нацисты, соблазнили реваншистскими настроениями большую часть своего народа. История повторяется почти слово в слово: слова о единстве нации, об отрезанных, якобы ущемленных частях российского народа в Донбассе, Приднестровье, странах Балтии и в других странах полностью совпадают с заявлениями Гитлера о немцах в Судетской области, в Эльзасе, в Клайпеде, которые жаждут воссоединиться со своей родиной.

Национализм – такое же опасное явление, как коммунизм, может, даже опаснее. В то время его воцарение привело к началу Второй мировой войны и краху Европы, сейчас угрожает началом Третьей мировой войны и уничтожением человечества.

То, что рост амбиций Путина завершится плачевно, стало ясно еще во время войны в Грузии, а в особенности, после аннексии Крыма. Сейчас мы видим большое несчастье – Путин и его клика не только хотят вернуть не желающую этого Украину в свои объятия, но и позже подчинить своей власти всю бывшую территорию СССР, восстановить сферы влияния как минимум до Берлина. Потом, по его мнению, можно будет вообще сломить Запад и добиться доминирования в мире, что не смогли сделать Сталин и его последователи.

Эти планы даже не скрывают, о них рассказывают путинские пропагандисты. Россия хочет перестать быть второстепенной, не опасной страной, какой стала после 1991 года, и для начала занять позицию супергосударства, каким был СССР, несмотря на то, что у нее нет для этого никаких рычагов давления, за исключением шантажа атомным оружием. Она желает перекроить весь устоявшийся и выгодный для большинства людей мировой порядок, создать новые правила, удобные Путину и ему подобным. Этого добиваются нагло и последовательно, веря в то, что Запад не выстоит перед давлением и шантажом, поэтому будет победа в новой мировой войне.

Путин также надеется, что ему в конце концов поможет Китай – две авторитарные мощи, действуя заодно, осложнят жизнь Западу. 24 февраля 2022 года мы вступили в совершенно новую историческую эпоху – к сожалению, сложно прогнозируемую, и конечно же, очень опасную.

Никто не знает, каким будет результат этой войны. Но, как вы считаете, каким будет культурное и геополитическое влияние на Россию, Украину, Европу?

– К сожалению, кажется, что сейчас мы находимся в тупике. Мир и даже перемирие в Украине кажутся невозможными, поскольку Путин и Россия пока ни на йоту не отклонились от объявленных военных целей – сначала нейтрализовать Украину, заставить ее отказаться от захваченных Россией территорий (потом, скорее всего, ликвидировать ее как самостоятельное государство, а потом после передышки и зализывания ран идти дальше). Все остальное было бы принципиальным поражением Путина, которое не удалось бы скрыть, его фиаско и крах.

С другой стороны, Украина, по крайней мере, пока ее возглавляет президент Владимир Зеленский, от своих территорий и ориентации на Запад не откажется. Говорят о победе Украины, но как она должна выглядеть? Трудно себе представить, что украинская армия, даже хорошо вооруженная и мотивированная, возьмет Москву, а если этого не будет, война будет идти.

Кстати, серьезная опасность для Москвы и власти Путина была бы объявлена «экзистенциальной угрозой», а это, по их законам, серьезное основание для атомной войны (я не говорю, что она обязательно начнется, но такая возможность, к сожалению, не нулевая, и ответственные политики не могут с ней не считаться). Также говорят о том, что Путин может умереть или его может устранить его ближайшее окружение, но не надо думать, что такая желаемая реальность в скором времени реализуется.

Восстание российского народа против Путина сейчас настолько же вероятно, насколько вероятным было восстание немцев против Гитлера в 1942-м или 1944 году, иными словами — невероятно. Хорошо лишь то, что Украина пока не терпит поражения, а Запад не колеблется (хотя, по словам одного знатока, кое-кто на Западе склоняется к «половине Мюнхена» или «четверти Мюнхена»). Может, случатся какие-то невероятные события, которые существенно изменят ситуацию, но предусмотреть их очень сложно. Я прогнозирую долгие и тяжелые бои – есть латинское выражение utinam falsus vates sim (о, если бы я ошибался!).

Дай бог, чтобы эти бои принесли нашим странам положительные политические и культурные плоды, укрепили бы их и психологически восстановили – с побоищами иногда такое бывает.

Украинцы непрестанно повторяют, что российская культура должна исчезнуть из общественного пространства до конца войны в Украине – якобы убийство мирных жителей — вот настоящее лицо России, а не произведения российских классиков. Вице-премьер Польши Петр Глинський сказал, что сейчас нет времени ни для Чехова, ни для Пушкина, мы должны видеть контекст: это сумасшедшая страна, россияне жестоко убивают людей, мирных жителей, детей, пытаются добиться сумасшедших политических целей. А сами российские интеллектуалы, наблюдая за происходящим в Украине, констатируют, что склонность к имперским завоеваниям и преступлениям кроется в «русской душе», вписана в русскую культуру. Какие мысли у вас в этом контексте?

– Я прекрасно понимаю украинцев, если бы я был украинцем, соотечественников которого зверски убивают, а города разрушают, возможно, я думал бы также. Но и тут есть полная симметрия с нацистской Германией. Известный и талантливый украинский писатель Юрий Андрухович сказал: «Буча – это и есть настоящая культура России, и все, кто говорит о Булгакове, встают на сторону убийц». То же самое можно было говорить перед ВМВ или во время нее: «Аушвиц – это и есть реальная немецкая культура, и все, кто говорят о Гёте или Томасе Манне, встают на сторону убийц». Кое-кто – скажем, Илья Эренбург – говорил примерно то же самое, но это было ошибкой.

Понятно, что те деятели российского искусства, которые поддерживают путинскую агрессию, нежелательны, и хорошо, что в их отношении применяются санкции. Стоит осудить и шовинистские российские произведения, в их числе и неумные антиукраинские стихи любимого мною и уважаемого Иосифа Бродского (я говорил ему, чтобы он их не печатал и не читал публично, но он, к сожалению, однажды прочел их публично). Но говорить, что империализм и агрессия в «генах у русских» или «в культурном коде», – это расизм, так это и надо называть.

Сейчас в Литве модно развенчивать Толстого (самого антимилитаристского и антиимпериалистического писателя из существовавших), или Достоевского, который, слышишь, говорил, что все в мире не без вины (но так говорил и Иисус Христос – виноватых нет, если они сожалеют и каются, – а Достоевский только повторял его слова). Я считаю, что это глупости, даже если об этом говорят министры культуры или популярные публицисты.

Я недавно читал дневники Винцаса Миколайтиса: во время нацистской оккупации в Вильнюсе исполняли произведения Глазунова и Римского-Корсакова (и, кстати, напечатали «Анну Каренину»). У меня нет точных данных, но, думаю, и в сталинском СССР во время войны исполняли, скажем, Баха. Неужели наша цензура должна быть более суровой? Если да – она была бы на руку только Путину, пропаганда которого активно следит за такими действиями. Прибавлю, что и сейчас полно российских диссидентов; многие из них эмигрировали, но некоторые остались на родине.

Перед лицом агрессии в Украине Вильнюсский муниципалитет и политики обратили свои взоры на советское время, стали упразднять знаки того времени. Снова идут дискуссии о дальнейшей судьбе музея семьи Венцловы. Критики утверждают, что его центральная фигура – Антанас Венцлова, при этом умалчивают о его роли на заре советского периода. Муниципалитет призывают отказаться от этого музея. Историки отмечают, что музей рассказывает и о вас – радикальном оппоненте отца, человеке, который общался с российскими диссидентами, который был репрессирован за антисоветскую деятельность и уехал на Запад. Что вы об этом думаете?

– Мне не стоит в это вмешиваться – я этот музей не учреждал, значит, не мне его и упразднять. До сих пор мои взгляды остаются противоположными взглядам покойного отца, но отец есть отец – отношение к нему для меня обусловлены четвертой заповедью Божьей. Время на эту позицию никак не повлияло: я не Павлик Морозов.

Author