Жителей Энергодара военные РФ пытают током для сюжетов российского телевидения. Репортаж из оккупированного города

«Любимое признание для российский военных — в хранении оружия. Они сами его привозят и снимают очередное кино о тайнике “нацистов”.

  • В подвалах у россиян в Энергодаре находятся около 200 горожан
  • Оккупанты убили водолаза гидроцеха за то, что тот отказался нырять в брызгальный бассейн атомной электростанции
  • В фильтрационном лагере российские военные избивают мужчин за «антивоенные» фотографии в телефонах

«Утро Февраля» пообщалось с жителями украинского города Энергодар. Населенный пункт имеет стратегическое значение — тут находится самая большая атомная электростанция в Европе. Город уже четыре месяца оккупирован российскими войсками. Здесь глушат украинскую мобильную связь, блокируют интернет и тщательно внедряют кремлевские нарративы.

Жители Энергодара боятся выйти на улицу и сболтнуть «лишнего», ведь за любое мнение, отличающееся от разрешенного, их жизнь может оказаться под угрозой.
В городе нарастает продовольственный кризис: продукты стоят втридорога, медикаменты почти недоступны.

Среди бела дня, без объяснения причины, на глазах у других людей российские военные захватывают мирных жителей в плен — в минуты интервью героям звонили и сообщали о все новых и новых похищениях.

Герои разговора, жители Энергодара:

  • Валентина
  • Елена Александровна — общественная активистка
  • Мария — эвакуировалась из города

Имена изменены из соображений безопасности.

«В городе много русских военных и представителей спецслужб, которые переодеты в гражданское. Это делают для того, чтобы слушать, о чем мы разговариваем на улице. Лишний раз, когда захочешь поговорить о ситуации в городе, лучше обернуться вокруг и осмотреться», — начинает жительница Энергодара Валентина разговор.

В этот момент у девушки зазвонил телефон. Она выслушала, положила трубку и сказала: «Только что похитили моего друга».

Похищения, расстрелы и убийства

Сейчас в подвалах у россиян находятся около 200 человек. Это приблизительная цифра, мало кто из родственников официально сообщает о похищении. Об этом редакция «Утро Февраля» узнала из интервью с жительницей города Еленой Александровной.

Когда ситуация в городе начала так кардинально меняться?

«Последние три недели ситуация резко ухудшилась и эти изверги (российские военные) уже даже не сдерживаются. Разыскивают и арестовывают не только АТОвцев, терроборонцев, всех — тех, кто был на блокпостах с начала организации обороны города, активистов, журналистов, которые не смогли выехать. Забирают всех подряд. Людей пытают и заставляют в чем-то признаваться. Если хотите сохранить жизнь, обязательно нужно кого-то назвать. Так формируется цепная реакция. Один не выдержал пыток и назвал соседа или коллегу. Соседа взяли, выбили из него следующие имена. И так по цепочке. Страшно то, что подавляющее большинство выдумывает эту информацию, потому что ответ: «Я никого не знаю», «Я нигде не участвовал» — не воспринимается. Сознательные люди в такой ситуации, если молчать уже не выходит, пытаются называть тех знакомых, о которых точно знают, что они уже уехали в безопасное место. Кто-то держится до последнего».

Как долго люди находятся в плену?

«Месяцами. Вообще, раньше так долго не держали. Отпускали через неделю-две. Теперь почти никого не отпускают. Родные, если знают, где содержат их близкого человека, приносят поесть один раз в день. В основном это — здание полиции. Там держат, как правило, тех, чья «вина» перед оккупантами не очень велика. Но есть еще 3–4 места заключения, куда нет доступа никому».

Что происходит с людьми в местах заключения?

«Те, кто прошел через этот ад и вернулся, ничего не рассказывают. Но все говорят о комнате с окровавленными стенами, полностью залитой кровью. Человека туда приводят в первый раз, чтобы сломать психологически. Если не ломается сразу, беспощадно бьют. Если человека планируют снять в кино для российского телевидения, то пытают током, потому что он не оставляет заметных следов. Или бьют так, чтобы не трогать лицо».

Российские военные объясняют, зачем берут в плен невинных людей?

«Любимое признание для российский военных — в хранении оружия. Они сами его привозят и снимают очередное кино о тайнике “нацистов”. Еще с начала оккупации разграбили центральную библиотеку. Забрали все книги о Майдане, войне на Донбассе 2014 года, исторические книги об УПА, Бандере и т. д. Теперь их тоже подбрасывают для съемок видео как нацистскую литературу. Так они рисуют картинку для своего руководства о том, что в Энергодаре много ДВР и партизан. Наверное, чтобы оправдать свое сиденье в городе. Потому что никто из российских военных не желает идти на передовую».

Фото: телеграм-канал «Скелеты Шевчика и Ко», российские военные заносят оружие в жилой дом.

Мэр Энергодара рассказал, что россияне требуют выкуп за пленных. Это правда? Какая это сумма?

«Десятки тысяч гривен. В основном деньги требуют от предпринимателей. Но не только. Очень много атомщиков в неволе. С такими темпами скоро некому будет работать! Кто и за что сидит — непонятно. У кого-то забрали машину, паспорт и отпустили под подписку о невыезде. Других держат и не соглашаются освободить даже за деньги. Ребята, прошедшие застенки, потом рассказывают родным, что видели тяжелораненых людей, очень нуждающихся в медицинской помощи. Но этой помощи там нет».

Похищения — не самые зверские преступления российских военных. В начале войны оккупанты расстреляли одного из сотрудников атомной станции Сергея Швеца в его собственной квартире. За жизнь Швеца боролись врачи Запорожья и сумели поставить мужчину на ноги.

Мэр Энергодара Дмитрий Орлов и выживший работник атомной станции Сергей Швеца. Фото: Telegram/orlovdmytroEn

Не смог противостоять российскому насилию водолаз гидроцеха Запорожской АЭС Андрей Гончарук. Оккупанты смертельно избили его за то, что он отказался нырять в брызгальный бассейн атомной станции и искать взрывчатку, которой, естественно, и не было возле ядерного объекта.

В состоянии комы Гончарука доставили в местную больницу. Травмы оказались несовместимыми с жизнью, 3 июля он умер.

«Выражаем глубокие соболезнования родным и близким погибшего. Мы никогда не забудем и не простим преступления, которые совершают оккупанты и их сообщники-коллаборанты в Энергодаре, на нашей украинской земле», — написал глава города Дмитрий Орлов в Телеграме.

Блокировка связи и интернета

«Люди ходят на городской пляж, там сигнал дотягивает с противоположного берега. С «берега свободы», как у нас уже говорят», — рассказывает Валентина о блокировке связи в городе.

С начала июля российские войска ужесточили блокировку украинских операторов на территории Энергодара. Поймать связь можно только на верхних этажах домов либо на пляже — на противоположном берегу находятся подконтрольные Украине Никополь и Марганец.

Можно ли купить сим-карту российского оператора?

«Продают сим-карты российского (крымского) оператора. Их стоимость — 300 рублей или 240 гривен. Такая же история с интернет-провайдерами. ДВ-КОМ добровольно лег под оккупантов. Других провайдеров и не спрашивали о согласии. Часть из них так и не возобновила свою работу. Часть уже работает с российским трафиком, а это — блокировка украинских сайтов и полный контроль. Энергодар испытывает дефицит информации, а россияне ежедневно распространяют свою пропаганду через телеграм-каналы».

Фото Валентины: в Энергодаре стартовала продажа сим-карт российского оператора.

Продукты втридорога и недоступные медикаменты

Ценники на продукты в городе написаны в рублях и гривнах. Если суммы сравнивать даже с московскими супермаркетами, все равно в Энергодаре они гораздо выше. К примеру, сыр «Российский», который превозносил покойный Жириновский, в Энергодаре стоит 630 рублей, а в Москве — всего 230. Цены на снеки к пиву превышают полторы тысячи российских рублей, а на самый дешевый алкоголь — 800.

Фото Валентины: цены в продуктовых магазинах в гривнах и в рублях, Энергодар.

Достаточно ли продуктов питания в Энергодаре?

«С обеспечением продуктами питания более или менее стабильно, оккупанты пытаются на камеру нарисовать красивую картинку “русского мира”, организовали завоз продуктов из Крыма. Правда, качество их низкое, все невкусное и цены очень высокие».

Как можно рассчитываться в магазинах?

«Уже месяц товары имеют два ценника, в гривне и рублях. Крайне сложно с наличными — их просто негде брать. Работники АЗЭС, бюджетники продолжают получать зарплату от Украины в гривне. Это очень радует, что родная страна не забывает и не покидает своих граждан. Пенсии тоже. Средства приходят на банковские карты. Сложнее дальше — где снять наличные? Когда был более или менее стабилен интернет, рассчитывались через терминалы, где они установлены. Для людей это счастье, и очереди в такие магазины всегда самые длинные. Очень популярным стал перевод средств с карты на карту через “Приват 24”. Когда интернета нет (а такое происходило часто и раньше) — не за что купить продукты. И еще, оккупанты подсуетились и взяли под свой контроль все денежные операции. Снять наличные можно под 10% и более. Но надо еще поискать, кто согласится».

Фото Валентины: в социальных сетях люди предлагают обналичить деньги за процент.

Работают ли в городе аптеки? Жителям Энергодара доступны медикаменты?

«Ситуация с лекарствами в городе плачевная. Некоторые аптеки работают, но ассортимент очень маленький, пустые полки. Приходится заказывать жизненно необходимые лекарства по завышенным ценам у людей, которые выезжают в Крым либо Запорожье. В общем, все дорого, и все очень тяжело достать».

Законная власть Энергодара всячески пытается исправить медикаментозный кризис. В местную больницу организовано завозят лекарства, но полностью потребность в них покрыть невозможно. Часто при въезде в город оккупанты забирают медикаменты себе.

Как выехать из города?

Сейчас в Энергодаре остается около 30 тыс. жителей, меньшая часть выехала после оккупации. Покинуть город можно через подконтрольную территорию — Запорожье, Крым.

Одна из героинь этой истории рассказала о своем опыте эвакуации.

«Мы с мужем и ребенком решили выезжать через Крым. Нам посоветовали говорить на блокпостах, что мы едем на отдых. Нельзя при россиянах говорить, что у нас идет война, расстреливают мирных людей, отбирают имущество. Мы делали вид, что все хорошо. Нас с мужем ждала фильтрация. Этот лагерь пыток больше похож на палаточный городок. Военные достали мой телефон и минут десять расспрашивали, что я удаляла из своей галереи. После моих отрицаний военный протянул руку и швырнул мой сотовый об землю. В телефоне моего мужа русские сумели восстановить удаленные фотографии — на одной из них мы держали плакат с надписью: “Путин — петух”. Моего мужа избили до гематом. С нами в автобусе был мужчина, которого замучили до полусмерти за то, что он потерял паспорт. Самое абсурдное в том, что у мужчины был русский паспорт, он гражданин России. Этот ад закончился, и сейчас мы в Польше».

Сейчас жителям оккупированных территорий нужно просто выжить. Все ждут освобождения города, хотя и переживают, как именно оно будет происходить. Как поведут себя оккупанты, будут ли новые обстрелы и разрушения?

Author