Пропаганда как она есть. Дешевый троллинг
  • Дон-Дон без погон
  • Ошибка Вацлава
  • Язык, за который никто не тянул

Дон-Дон без погон

ТикТок войска Кадырова день ото дня все краше выглядят в роли клоунов. Причем в глазах россиян. Раньше сказки о диких горцах времен разгула рэкета и чеченских войн работали: вот придут и всех зарежут. Больше – нет.

Тогда журналисты упоенно писали о садизме мафии. Сценаристы загребали гонорары за криминальные сериалы. Фантасты кропали хоррор-сториз про осаду Москвы ордами в папахах, помня бабушкины песни: «Злой чечен ползет на берег – точит свой кинжал».

Страх рождался из неумения милиции обуздать кавказский рэкет. Из тяжких потерь при штурме Грозного, рейдов Басаева и Радуева и моря их жертв. Так создавался образ дикого горца. С прицелом на будущее. А прицел сбился. ТикТок-боевики бьются в Сети, а их атаман Дон-Дон оскорбляет солдат Кремля. Взять хоть ролик про принятие капитуляции Украины…

Ясно, что там в гробу видали дешевый троллинг бородатого посмешища. Но для россиян-то, скажем, военных разве не стает вопрос: а с какой стати он? Пока генералы и их солдатики гибнут под ударами HIMARS’ов на Луганщине и Херсонщине, а Соловьев и Красовский бьют себя в грудь, клянясь исполнить приказы верховного, пока сам верховный еще даже ничего не начинал, Дон-Дон в фуфайке творит в YouTube историю. Без кинжала и погон. Глумясь над слезами семей, пролитых над могилами российских солдат, которых гонят в ад безумной войны против соседа, который не забудет и не простит ни преступных ракетных ударов, ни глумления в эфире. А забудут ли россияне? Ведь глумятся над ними.

Кстати, Зеленского играет внешне схожий актер. А вот в роли Дон-Дона Галустян лучше.

Ошибка Вацлава

– Бывают же бабские истерики. Правда? – сказал политолог Стас Белковский про думский курьез, когда Володин на заседании по-комсомольски «срезал» выступавшего министра.

Дамы, простите, но из песни слова не выкинешь. «Он впадает в истерику в таких ситуациях. Проведите опрос. Особенно в гей-сообществе. – Вот оно – слово из “песни” политолога, спетой на радио “Эхо Москвы”. – У него прозвище “Вацлав” в гей-среде».

Прошу прощения у среды, но Белковский говорил о том, что на острые вызовы глава Госдумы отвечает истерикой. Его окружение впадает в то же состояние и дает ему советы. В итоге глава нередко неадекватен ни своему чину, ни ситуации в целом.

А она такова, что с начала июля системы залпового огня ВСУ поразили более 30 военных целей на территории, занятой силами вторжения, их складов, тыловых подразделений и пунктов управления в Донецке, Изюме, Мелитополе, Новой Каховке, Сватово, Снежном, Скарговке, Стаханове, Перевальске и других населенных пунктах.

Это существенно снизило интенсивность обстрелов украинских позиций на фронте, и, как полагают эксперты, вызвало месть агрессора в виде ракетных обстрелов мирных целей.

Мстить требовал в эфире «60 минут» пропагандист Коротченко. А Володин возьми да и объяви: «ракеты, которые Вашингтон и Брюссель поставляют киевскому режиму, из-за его непрофессионализма могут прилететь к своим владельцам.»  Таким образом поучаствовал в хоре, что параллельно с убийством в Виннице, «отыгрывал» разгром своих тылов. Вышло глупо.

Потому что прибаутки чиновников не могут ни смикшировать гибель десятков женщин и детей, ни напугать (чего, видно, хотел Володин) политиков и военных ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне, ни в Варшаве, ни в Киеве. Никого не пугают и переданные РИА «Новости» 17 июля выкрики Медведева о «судном дне» в Украине в случае ее удара по Крыму.

Так высшие чиновники страны-агрессора сами разрушают орудие пропаганды, которое разрабатывали годами – язык доминирования.

Язык, за который никто не тянул

Язык доминирования устроен так, чтобы показать превосходство того, кто его применяет. Это высокомерные и издевательские слова, обороты и фразы. Задача – разрушить у объекта атаки уверенность в себе, заставить его ощутить слабость и сдаться.

Это орудие бьет сразу по ряду целей:

  • большие аудитории в обществе страны-противника (мы – сильны и жестоки, будем бить вас как хотим; а вы никто и звать вас никак, вот мы с вами так и говорим);
  • большие аудитории в обществе союзников противника (мы – сильны и жестоки, планы наши – масштабны, ресурсы – огромны; ваших союзников мы сокрушим, а вас заставим уступить, поэтому мы (скажем, замглавы Совбеза РФ Медведев) зовем вас «ублюдками», «выродками», «пигмеями», «вырожденцами»; или говорим о вашей деградации (как Лавров); или объявляем «некомпетентными» (как Володин);
  • масштабные аудитории в своей стране (видите, мы их не боимся и не уважаем, вот и говорим с ними свысока и оскорбляем, значит, мы – сила);
  • экспертное сообщество страны-противника и ее союзников;
  • политики и государственные чиновники этих стран и союзов;
  • деятели их масс-медиа, искусства и культуры;
  • свое начальство (во, как я могу – тебе служу, а на всех клал болт с прибором).

Тон заявлений, подбор слов и оборотов, организация устной и письменной речи кремлевской пропаганды нацелены на то, чтобы предъявлять свое превосходство. Да, это, может быть, блеф. И его используют те, кто считает себя сильными игроками.

Если СМИ цитируют чиновника, то в его словах либо презрение «хама к лоху», либо высокомерие. Если цитируют врага, то так, чтоб он сам, его дела и слова выглядели и звучали слабо и жалко. Либо содержали признание превосходства Кремля. Например, согласно сообщению РИА «Новости» «пленный командир признал: Россия нам не по зубам». То есть если силу врага и свою слабость признает наш пленный командир, значит так и есть.

Язык доминирования нужно разрушать. Этому служат новости о потерях врага, ударах по его объектам, об окружении и его отступлениях, злодеяниях и преступлениях. Как и слова о невосприимчивости к запугиванию и не очень трезвых заявлениях о «судном дне». Особенно если они относятся к выступлению человека, сильно пьющего, как Медведев. Они лишают высокомерие оснований. Грубость делают смешной. А глупость – явной.

Хорошо работает и нытье о бессилии ПВО против HIMARS’ов, новости о бойкоте и высылке дипломатов, отлучении спортсменов от состязаний, а артистов – от выступлений.

Это побуждает заменять язык доминирования языком злобы или языком глупости.

Видя экспертов и чиновников в бешенстве или неадеквате, аудитория ощущает их слабость и замешательство, отражающие зыбкость их ситуации. И не боится.

ПОДПИСАТЬСЯ НА НАС В GOOGLE НОВОСТИ

Author