Партизаны и террор
  • Война в Украине: невинные и виновные
  • Партизаны против оккупации
  • Партизаны враги террора
  • Гражданская война. В России

Невинные и виновные

 «…Девочка взлетела на воздух из-за бомбы под сиденьем ее машины в Москве. Невинные платят за войну. Невинные», – цитирует Catholic News Service Папу Франциска, поясняя, что он не назвал имени, но Ватикан подтвердил, что он имел в виду убийство Дарьи Дугиной.

Слова Папы – из тех, что после проведенной в Подмосковье операции «Национальной республиканской армии» против пропагандиста войны Дарьи Дугиной вновь ставят вопрос о невинности мирных людей, страдающих в войне против Украины. И ставят справедливо.

Но при этом важно помнить: «девочка», о которой говорит папа Франциск – не малая детка. И, как пишет политик Илья Пономарев, не просто дочь своего отца – пропутинского идеолога и пропагандиста Дугина. Она требовала расправы над пленными военными из полка «Азов». В итоге против них осуществили акт террора, унесший жизни 50 человек. То есть она легитимный объект атаки.

В чем виновны дети, убитые обстрелами мирных украинских городов и сел? Их уже 376.

Эту цифру 25 августа привела Би-би-си. Двое детей убиты за день до ее публикации. При ракетной атаке на станцию Чаплино мальчик 11 лет погиб в обломках дома. Другой ребенок сгорел в машине.

Так исполняется призыв отца Дарьи Дугиной «убивать, убивать, убивать».

Это не был удар по манипуляторам огромными аудиториями. Простые люди ехали с ребенком по делам. И прилетела ракета. И все. Папа Франциск (чьи слова мигом разнесли СМИ РФ), говоря о «безумии войны» и «невинных», об этих детях смолчал. Как и о раненных. А их 733.

А сколько потеряли родителей? Сколько – кров? Тысячи безоружных маленьких людей.

Честно ли молчать о тех, кто оправдывает и славит войну? Ведь губят детей они. Побуждая стрелять, разрушать и сжигать. Формально они – мирные люди. Но, сея ненависть, велят военным убивать. Их слова ведут к гибели тысяч людей, желающих мира и благополучия.

И честно ли молчать о чиновниках, исполняющих людоедские приказы тех, кто рулит агрессией? Они не носят погоны и воинские звания. Они тоже – мирные. Но они воюют. Кто – в России, служа Кремлю. Кто – в захваченных районах Украины. То же касается и ее граждан.

Если кто-то забыл, так вспомним: продолжатся агрессия. И они в ней участвуют. Даже если и служат в тылу, считая себя в безопасности. Но это – иллюзия.

Партизаны против оккупации

О том, что тыл на этой войне понятие условное, говорят действия партизан.

20.03 – в Херсоне расстрелян Павел Слободчиков – помощник главы оккупационной администрации области.

20.04 – там же расстрелян Валерий Кулешов – помощник коллаборанта Стремоусова.

25.04 – взрыв в ходе совещания оккупационного горсовета Кременной. Погибли все.

22.05 – взрывом тяжело ранен самопровозглашенный «мэр Энергодара» Андрей Шевчик.

22.06 – взорвана машина бывшего депутата, служащего оккупационным властям Алексея Ковалева, вывозившего из Херсона в Россию соль и зерно. Раненый Ковалев выжил.

24.06 – в Херсоне взорван и погиб служивший в «администрации» Дмитрий Савлученко.

7.07 – в Новой Каховке расстрелян Сергей Томко, замначальника городской полиции.

В августе СМИ РФ сообщили, что отравлен и госпитализирован в тяжелом состоянии глава оккупационной администрации Херсонщины Владимир Сальдо.

12.08 – в Мелитополе взорван один из руководителей «Единой России» Олег Шостак.

23.08 – в Херсоне взорвана машина замначальника Департамента внутренней политики оккупационной администрации области, путинского чиновника Игоря Телегина.

24.08 – взорван Иван Сушко, назначенный военными РФ глава Михайловки.

26.08 – в Бердянске взорван т. н. «замначальника ГАИ» Александр Колесников.

Против иноземной оккупации и ее пособников, установивших в захваченных районах Украины режим преследований и устрашения – террора направлены эти и другие атаки патриотического партизанского подполья. Оно наследует традиции российского и европейского сопротивления захватчикам, имеющего глубокие корни.

Партизаны – враги террора

Подробно описана в исторической литературе борьба русских партизан с Наполеоном в 1812 году, Ирландской Республиканской Армии с Британией в XX веке, а также патриотов СССР, Украины и других занятых нацистами стран с Гитлером в 1941–1945 годах.

Рисунок времен Второй мировой: вооруженные люди следят из подъезда за идущим под руку с дамой мужчиной в пальто. Подпись: «Il est le chef de la police avec sa veuve» – «Ну вот и начальник полиции с его вдовой». На счету подполья – тысячи врагов, казненных в тылу. Только в Польше их было 5733. Одна из ярких акций сопротивления – ликвидация в Праге в 1942 году Гейдриха – главы нацистской администрации Богемии и Моравии.

Оккупанты сажали бойцов сопротивления в тюрьмы и казнили как террористов. Диктаторские и оккупационные режимы используют слово «террорист», чтобы очернить противников, ведущих вооруженную борьбу против захватчиков и карателей.

Термин «террор» стали применять в годы Французской революции (1789–1799), когда ее радикальные силы массово истребляли соперников, решая две задачи:

  • ликвидацию тех, в ком видели врагов;
  • устрашение всех, кто отвергал или мог отвергнуть их режим.

Это и был террор – la terreurстрах, ужас. Именно их должны были породить казни.

Применяли их и монархи Западной Европы и России. «И декабрьским террором пахнуло, на людей, переживших террор», – писал поэт Некрасов об ужасе публики перед инсценировкой казни в 1849 году участников дискуссионного кружка Петрашевского.

«Декабрьский террор» – это у Некрасова наказание декабристов. А вообще полицейский террор был обращен против «Вольнодумства», «крамолы», протеста. В XIX веке он стал в России нормой. И вызвал ответное насилие сторонников перемен – выстрелы и бомбы. За ними последовала гражданская война и создание советской системы.

В плане методов борьбы с «заговорщиками», «вредителями», «врагами» и устрашения прочих она унаследовала и усовершенствовала методы предыдущей. Не зря массовые репрессии 20–30-х годов называют «Большим террором».

И он вызвал ответ – в 1918 году поэт-социалист Кенегиссер застрелил Урицкого – главу питерской ЧК. В 1923-м эмигрант Конради в Лозанне – советского дипломата Воровского. В 1926-м братья Габриловичи атаковали дипработника Нетте. В 1927-м журналист Коверда убил Петра Войкова, участника принятия решения об убийстве Николая II и семьи.

Кенегиссера расстреляли. Ковреда сидел 10 лет. А Конради швейцарский суд оправдал после его рассказа о терроре большевиков.

Для сторонников сопротивления агрессии и репрессиям властей его участники – герои. А попытки обвинить их в терроризме – обман. Террор – дело Кремля. А они – его враги.

Гражданская война. В России

Действия партизан пугают и власть, и тех, кто отвергает насилие как метод борьбы с полицейским и армейским террором. Для одних идейное ненасилие – единственный этичный метод борьбы. Иные не верят в партизан. Они не вяжутся с их опытом. Иные же (исполняя задание?) объявляют операции партизан провокациями спецслужб.

Но сопротивление в России, несмотря на террор системы, растет и ширится. Летят на воздух мосты. Сходят с рельсов военные эшелоны. Горят военкоматы. 24 августа два «коктейля Молотова» влетели в администрацию Орловской области. Партизан скрылся.

Партизанское движение в России разнородно, в него входят лица и группировки с разными идеологиями. И задачи свои они описывают по-разному.

Цель одних – «превратить захватническую путинскую войну в войну революционную, которая сметет нынешних угнетателей и не даст новым властителям занять их место». Других, как заявляет «Национальная республиканская армия», общество, где власть принадлежит народу, граждане сами выбирают лидеров и сами строят жизнь городов и деревень. Но это – дело будущего. А сейчас – борьба с «разжигателями войны, грабителями и угнетателями народов России». А значит – гражданская война, по факту идущая в стране.

Партизаны мало о ней говорят. Их манифесты – редкость. Они действуют.

ПОДПИСАТЬСЯ НА НАС В GOOGLE НОВОСТИ

Author