Илья Пономарев: «В войне с VPN они не хотят победить. Так же, как и в войне с Украиной»

Новый выпуск программы «Пономарев разъясняет» – о продовольственном кризисе, Кириенко и укреплении рубля

«Спасибо, что остаетесь с нами. Мы продолжаем работу канала «Утро Февраля», и с вами в эфире я, Илья Пономарев, отвечаю на ваши вопросы. Вместе со мной в эфире работает Ольга Волкова.

Первый вопрос от Юрия Зорина: «Глава Еврокомиссии, Урсула фон дер Ляйен, в субботу прибыла в Киев, чтобы провести переговоры по заявке Украины на вступление в Евросоюз. Как вы думаете, какие условия могут быть выставлены Украине?»

Илья Пономарев: «Нет сейчас такой вещи, как Евросоюз. Существует огромное количество разных стран, и эти разные страны совершенно по-разному смотрят на то, каким образом двигаться дальше. Они по-разному относятся к Украине, по-разному относятся к внешней политике. Не существует какого-то единого МИД Евросоюза. Не существует единого центра, который принимает абсолютно все решения. Мы знаем, что две страны Евросоюза – Дания и Нидерланды высказались о том, что Украина еще не готова. Честно говоря, я удивился, что только две, ожидал больше. Означает ли это, что они будут блокировать вступление Украины в ЕС? Нет, не означает. Означает, что с ними надо говорить, объяснять. Наверняка они поторгуются по каким-то вопросам. И только после этого дадут свое согласие на то, чтобы дать Украине вот этот статус кандидата. Здесь очень много зависит от самой Украины, как она будет развиваться».

Следующий вопрос от Анатолия Краскова: «Сообщают что Франция собирается деблокировать морские пути из Одессы. Якобы это уже вторая страна, согласившаяся на такую операцию. Как вы считаете, действительно ли это возможно и если да, то каким образом это может быть организовано? Не приведет ли это к прямому столкновению России и НАТО?»

Илья Пономарев: «Я не понимаю, каким образом это можно сделать. Это же невозможно устроить телефонными звонками, правильно? А ничем другим Франция пока не отличилась. Сделать так, чтобы это произошло, достаточно просто. Есть задача разминирования. И Россия, и Украина кивают друг на друга: мины, мы вообще-то не против, но вот мины. И на самом деле, если положить руку на сердце, то правда посередине. Потому что и Украина, естественно, выставляла минные заграждения против ожидавшегося и до сих пор весьма вероятного десанта Черноморского флота на Одесское побережье. Россия выставляла свои минные заграждения. Поэтому опасность есть с двух сторон, и никто не знает, где все эти мины находятся. Допустим, Украина знает про какие-то свои минные поля. Украина знает, начнет разминировать. Не воспользуется ли этой ситуацией Черноморский флот для того, чтобы высадить десант? Поэтому необходимо создать коридоры. Это должны сделать обе стороны, и при этом нужен гарант договоренностей. Я вижу только одного гаранта, который мог бы это сделать в условиях Черного моря – это Турция».

Вопрос от Ирины Яшиной: «Россия все еще блокирует вывоз зерна из Украины, судя по новостям, договориться при посредничестве Турции и ООН пока не удалось. Как отреагирует мировое сообщество, если глобальный голод все же начнется? Удастся ли продать краденное в Украине зерно? Очередной шантаж Кремля сойдет ему с рук или Запад не пойдет на такие уступки?»

Илья Пономарев: «В глобальный голод, который произойдет из-за войны с Россией, я не верю. Будет меняться структура потребления, и будут меняться цены. Но это не тот полноценный голод в том смысле, в котором мы себе представляем. Не Голодомор. Но то, что реально будет происходить, – это колоссальный удар по наиболее бедным странам. По иронии судьбы — это те страны, которые больше всего Россию поддерживают. Это такая путинская тактика – бей своих, чтобы чужие боялись. Это страны Латинской Америки, страны Африки и беднейшие страны Юго-Восточной Азии. Те страны, которые являются основными потребителями и импортерами украинского зерна. Именно они сейчас если не поддерживают Россию, то прислушиваются к ее позиции. И Путин занимает сейчас отношении них такую позицию: видите, у вас проблемы. Как думаете, почему у вас проблемы? А у вас проблемы, потому что есть украинцы. Они не хотят (не дают) вывозить это зерно. Они специально так говорят, что там заминировано, они сами все и заминировали. Они вас тем самым шантажируют, а Америка на этом наживается. И действительно, развитые страны – развитые страны Запада – они на этом заработают. Потому что те рынки, которые теряет Украина, будут занимать фермеры из Соединенных Штатов, из Канады, может быть, даже из Европы. Хотя вряд ли из Европы, скорее США, Канада и Китай. Китай, Вьетнам – экспортеры риса, который будет заменять это самое зерно. Будет происходить, как это всегда происходит: богатые будут богатеть, а бедные будут еще больше беднеть и платить втридорога за продовольствие. Это для того, чтобы понять, за кого на самом деле Путин. Путин – это яркий пример представителя крупного капитала, он мыслит, как его представитель. Он дает возможность капиталистам зарабатывать больше денег. Он инстинктивно выбирает подобные подходы и подобные решения. Поэтому сейчас задача вывоза зерна из Украины – это не то, что рассказывает российская пропаганда, пытаясь вызвать память со Второй мировой войны «немцы вывозят зерно из оккупированной Украины». Нет. Это попытка создать гуманитарный кризис, но и попытка поддержать на плаву украинскую экономику, в которой есть три главных составляющих экспорта. Это экспорт продовольствия, сельскохозяйственной продукции вообще. Это экспорт металла – стали и так далее, то что вырабатывает литейная промышленность. И третье – это IT. Украина сейчас стала одним из главных экспортеров IT. Именно в эти три точки российская война бьет наиболее сильно. Блокада не дает возможности вывозить зерно, боевые действия блокируют районы выработки стали, и та же сама проблема – откуда вывозить. И IT-шники – чтобы уезжали, чтобы им было невозможно работать внутри страны.

Турция старается быть той страной, которая является гарантом-обеспечителем торговли. Турция хочет быть важным перевалочным пунктом всего, и даже, если называть вещи своими именами, контрабанды, которая идет в Россию в обход санкций. То есть ту роль, которую традиционно выполняет Беларусь, но поскольку Беларусь тоже попала под большинство этих самых санкций, Турция пытается занять эту нишу».

Вопрос от Леонида Григорьева. Он спрашивает: «Почему кремлевские чиновники, вроде Кириенко, стали чаще ездить на оккупированные территории Украины. На что они рассчитывают? Неужели в Кремле так уверены, что они удержат Херсонскую, Запорожскую области и другие территории? Или это блеф и торг?»

Илья Пономарев: «Хотя , по-моему, это и не тот вопрос, который у нас сейчас на экране, отвечу, потом перейду к тому, что на экране. Я считаю, что в вашем вопросе есть два момента, на которые надо обратить внимание.

Вопрос номер один. Кремль активно шантажирует Украину, украинское руководство: «Давайте активно приступать к переговорам». Переговоры сейчас нужны Кремлю, а не Украине. Потому что переговоры – это способ для Кремля зафиксировать статус-кво, которое сейчас есть. Это невыполнение задач этой «специальной спецоперации» так называемой, как это формулировал Путин, но, тем не менее, – это что-то. По крайней мере они могут сказать: “Мы освободили полностью территорию Луганской области и еще прихватили много всего, создали коридор сухопутный в Крым”. Херсонская область, которая почти полностью оккупирована российскими войсками, часть Запорожской области. Такую телегу можно продать российским гражданам: мы не проиграли. И попутно, если идут переговоры, то нет активных боевых действий. Нет активных боевых действий – это значит, что армия окапывается, укрепляется, и дальше украинской армии будет гораздо труднее наступать в этой ситуации, потому что российская армия создаст оборонительные рубежи. Поэтому переговоры нужны Кремлю. Переговоры не нужны Украине. Хотя все мировое сообщество все время Украину в эту сторону двигает. И Зеленский говорит: «Мы готовы, только о чем нам говорить»? Хотя он все время говорит: “Давайте мы встретимся с Путиным, посмотрим друг другу в глаза, возможно мы что-то и найдем?” Потому что, с точки зрения переговорных групп, нету поляны – нету точки, вокруг которой можно было бы выстраивать какие-либо переговоры. Тем не менее Москва активно в эту сторону пытается Украину двигать, понятно, зачем это нужно. И моментом, с точки зрения этих маневров Кириенко, является то, что если вы сейчас с нами не начинаете разговаривать, то мы просто объявляем все эти территории Российской Федерацией. А после того, как мы объявим Российской Федерацией, то хрен с нами вы о чем-то можете договориться. А если что, мы еще ядерной бомбой можем шарахнуть, потому что это будет получаться, что вы наступаете на территорию Российской Федерации. Даже если сейчас в Киеве я довольно часто слышу разговоры о том, что освободить Донецк и Луганск, – это одно, а Крым – это другое. Потому что Крым официально уже часть Российской Федерации, а значит, ядерное оружие. Я совершенно в этот аргумент не верю, сразу скажу. Но он есть, и во многих головах является важным. И этого боятся. Естественно, российская разведка слышит эти опасения, и она стремится на этих страхах максимально сыграть. Поэтому этот шантаж о том, что готовы присоединить эти территории к Российской Федерации, они используют для того, чтобы усадить Банковую за стол переговоров. Присоединят или нет? Я очень сильно в этом сомневаюсь, потому что для Путина более понятной стратегией является выстраивание некоего СССР, когда ему как раз нужны якобы независимые субъекты, которые могли бы в этот СССР войти. И в этом смысле ему гораздо интереснее, чтобы были «ДНР», «ЛНР», «ХНР», «ЗНР» и чего угодно другое, которые бы все проголосовали за некий такой союз с Россией и воссоздание Союза. Это давало бы ему по-прежнему свободу руки и маневра, если надо их скинуть с паровоза и от них отказаться. Но в то же время политически для граждан России он выступал бы как человек, который воссоздает Советский Союз. А эта идея в России достаточно популярна до сих пор. Именно поэтому я не думаю, что они будут присоединять территории напрямую, но пошантажировать этим – самое милое дело.

Другая часть вашего вопроса, понимаю, что длинно отвечаю, но он хороший и важный, поэтому хотел бы ответить. Что касается отдельно личности Сергея Владиленовича Кириенко. То, что он ездит, появляется и так далее в оккупированных территориях, на мой взгляд, его личный пиар. И этот личный пиар связан с тем, что он на данный момент в гипотетической гонке «кто следующий президент Российской Федерации» выходит на лидирующую позицию потенциального преемника Владимира Путина. На то есть несколько причин. Он – представитель клана Юрия Ковальчука. В этот клан входит Шойгу, в этот клан входит Патрушев, входит Бортников, ряд других людей помельче. Но в любом случае это именно тот клан, который был центральным в смысле развязывания этой войны. И он на данный момент имеет наибольшее количество акций этого режима. Наибольший политический вес в рамках этого режима, и он наиболее близок лично к Владимиру Путину. До сих пор у нас был главный резервный кандидат – Дмитрий Анатольевич Медведев. Который хоть и пил, но, тем не менее, оставался проверенным кадром, который один раз уже был назначен и смог отказаться от власти в пользу Путина, проявил высшую лояльность, о которой только может мечтать политик. Совершенно необъяснимую с точки зрения здравого смысла на самом деле. Поэтому он небезосновательно считал, что рано или поздно его могут опять призвать. А сейчас видно, что есть кандидатуры получше, что у Медведева вызывает истерику. И он тогда сердится в своем телеграме».

Ольга Волкова: «Можно ли подобный визит назвать не условной предвыборной кампанией, а некоторой ссылкой в командировку – поехать в Херсонскую область где работают украинские партизаны – это такая себе пиар-кампания».

Илья Пономарев: «Нет, думаю, все совершенно не так. Для Кириенко это способ доказать вождю, насколько он бесстрашен и готов продолжать его линию, какой бы она ни была, и это очень важно показывать – чисто такая дворцовая история. Не думаю, что Кириенке что-то там физически угрожало. Думаю, вряд ли про его планы хорошо знали. Конечно, это была бы прекрасная цель для любых и партизан, и спецслужб. Тем не менее вы видели в ходе всей его поездки никаких даже попыток совершено не было. Ни налетов, ничего такого. Это значит, что украинские спецслужбы либо не знали, что происходит, либо не до конца понимали значение всего этого. Для Путина он доказал свое личное бесстрашие, лояльность, верность».

Следующий вопрос от Кирилла Ганишевского: «Российская армия уже месяц пытается захватить Северодонецк. Но все еще не способна окончательно захватить город. При этом украинские чиновники сами признаются, что несут большие потери. Что не так с российской армией, что даже полностью собрав все свои резервы возле одного города, они не могут его захватить? И какой ваш прогноз насчет Северодонецка?»

Илья Пономарев: «Во-первых, российской армии слишком мало. Есть законы ведения войны, которым учат в Академии Генштаба о том, какое должно быть соотношение сил между обороняющимися и наступающими. До сих пор российское командование ни на одном участке фронта не смогло создавать такой перевес в живой силе, который бы обеспечивал выполнение этих самых боевых задач. Поэтому они засыпают украинскую сторону огромным количеством боеприпасов, артиллерийскими обстрелами, обстрелами из всевозможных «Градов» и «Смерчей» и только за счет этого потихонечку, по метру, по десятку метров продвигаются вперед. Кроме всего прочего, не надо забывать еще одну очень важную вещь: война же не только про металл и огонь, это прежде всего про людей. И мотивация людей на украинской стороне – она не сравнима с мотивацией людей на стороне российской. Украинцы точно знают, за что они борются. Они точно знают, что это их земля. Они пылают ненавистью и не готовы отступать, отдавать ни пяди своей земли. А российская армия, которую согнали из каких-то дальних провинций, мелких сел, национальных территорий, – за что тут борется эта армия? И плюс к этому еще кадыровскоие солдаты, которые мягко говоря не горят желанием лезть в самое пекло, а хотят делать красивые фоточки в Инстаграме и Тик-Токе.

Конечно, все равно резервы в России очень велики. И недооценивать российскую армию нельзя. Здесь в Украине очень у многих есть такое настроение, что мы типа вот уже победили. Нет. Это совершенно не так, и предстоят еще очень тяжелые бои, и украинская армия будет понемногу просто отступать – она бережет своих людей, своих солдат. Теряя их гораздо меньше, чем теряет их российская армия. Но россиян просто много и у них очень много оружия».

Спрашивает Алексей: «Украина надеется на западное оружие, но все чаще появляются заявления Запада о том, что моральный дух украинцев слабеет. Как по вашим наблюдениям, моральный и боевой дух солдат и украинского общества сейчас?»

Илья Пономарев: «Я думаю, что разговоры про падение морального духа – это вбросы со стороны противника. Я не вижу, чтобы настроение в Украине хоть как-то изменилось. Люди хоть как-то стараются вернуться к какой-то мирной жизни, но их неприятие этой войны и готовность стоять до конца, жажда победы – не вижу совершенно никаких признаков уменьшения. У украинской армии физически кончается вооружение. Кончаются боеприпасы. На десять прилетающих снарядов с востока в ту сторону летит только один снаряд с украинской стороны. Не потому что мы не знаем цели, а потому что их нет физически. Удельная доля западного оружия в украинской армии растет».

Антон Яковлев: «По данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, в первый день вторжения поддержка действий Путина составляла 70%. А в июне уровень поддержки вырос до 78%. При том, что санкции все больше дают о себе знать, военных успехов нет, репрессии усиливаются. Это фальсифицированные результаты или общество окончательно потеряло все ориентиры?»

Илья Пономарев: «Антон, не советую вам пользоваться отчетами ВЦИОМА или ФОМа. Эти службы совершенно четко контролируются Кремлем. На 100%. И они заранее подгоняют результаты под то, что хочет услышать Кремль. Я не обвиняю их в том, что они неправильно считают, но они точно понимают, что они должны получить в ответе задачи. И соответственно, делают все, чтобы получить именно такие исследовательские данные. Есть “Левада-Центр”, который тоже не в безвоздушном пространстве действует, он работает в той же России. Поэтому и к этим результатам стоит относиться с высокой степенью осторожности и скепсиса. Но по-крайней мере они стараются. Главная проблема современной социологии – про что многие говорят – есть проблема, как считают (проблема ВЦИОМа и ФОМа), а есть проблема социологии в авторитарном обществе. Человек, когда ему звонит на телефон социолог или приходит к нему в квартиру, то он понимает, что не анонимен. Что его знают. И очень многие дают ответы, которые от них хотят услышать. Все ж понимают, что если тебя спрашивают «Как вы относитесь к Владимиру Владимировичу», то надо сказать «Хорошо относимся к Владимиру Владимировичу, поддерживаем все, чем он занимается». Другой вопрос, что еще очень многие люди отказываются. Если первые еще попадают в социологические отчеты, и они учитываются, то те, которые отказались от участия в социологическом опросе, они никак не учитываются. Их в этой статистике нет. В социологической статистике учитываются те люди, которые согласились поговорить с социологом, но в процессе ответа сказали: «На этот вопрос я не будут отвечать». Тогда они попадают в особую категорию «нет ответа». А те, что изначально сказали, что с социологом не общаются, – те ни в какую статистику не попадут. Социологи выступают у нас на канале, мы регулярно выводим Льва Гудкова – главу “Левада-Центра” в эфир, все говорят, что резко выросло количество людей, которые отказываются от разговора с социологом. Как вы понимаете, отказываются ровно потому, что собираются давать те ответы, за которые их могут наказать, и они не хотят этого делать. Это надо понимать. Если возвращаться к данным “Левада-Центр”, то там кривая была следующая. Сначала общество в первую неделю было в шоке, оно было не готово к этой самой войне, и там примерно 60/40 были разложены голоса. Потом в марте, если я правильно помню, вырос уровень поддержки «специальной операции» до 81%, а потом он начал падать. И он каждый месяц снижается. Снижался и в апреле, снижался и в мае. И дальше, скорее всего, будет происходить то, что фиксирует “Левада-Центр”: люди предпочитают отгородиться от какой-либо информации, связанной с войной. Они ее вообще не видят, не знают, слышать про нее не хотят. Нас это не касается, это где-то там. И такая доля людей очень сильно растет. Если же отойти от военной темы и посмотреть на данные, связанные с оценкой внутриполитической этой ситуации, то тот же самый “Левада-Центр”, то у него давно есть методика, которая направлена на взлом страха высказаться про Путина. И на основании косвенных вопросов, по типу «Что вы думаете про такое решение, такое-то решение, такой-то шаг президента, такой-то шаг президента?» и так далее. У них есть композитный рейтинг поддержки Путина, который на данный момент, по-моему, составляет 42%, да – сорок с чем-то процентов, и я думаю это наиболее близко к действительности».

Ольга Волкова: «Генштаб Украины публикует много перехватов, разговоров, в которых российские солдаты общаются со своими родственниками. И в этих разговорах зачастую слышится именно поддержка войны. Как этот феномен объясняется? Только лишь потому что родственники воюют, и российские жители поддерживают войну или здесь что-то другое?»

Илья Пономарев: «Здесь целый ряд факторов вместе. Во-первых, те семьи, те матери, чьи сыновья не откосили от армии, – это отдельная выборка населения. И я могу сказать, что у меня как у депутата здесь очень много опыта, потому что ко мне постоянно приходили мамочки из сел просить устроить их сыновей в армию, так чтобы было погорячее. Пограничные войска, воздушно-десантные войска. Потому что для них это школа жизни. Чтобы он не в тюрьму попал, потому что сейчас где-то пьет и шляется с мутными личностями, а чтобы там из него сделали мужчину. Это мотивация. Другое мамочки, в основном из городов. Они приходили, наоборот, помоги отмазать, у него плоскостопие, у него там еще что-нибудь, он туда не может идти. Это разные слои населения, разные настроения. Большая часть, которая воюет в российской армии в Украине, – это контрактники. Это тоже о них очень многое говорит и многое говорит о их семьях. Мало того, что эти люди боятся разговаривать по телефону, они в принципе бы боялись внутри страны, у всех россиян до сих пор сидит, что все телефоны слушаются, ФСБ и так далее, а тут еще армейская тема. 100% нас слушают. А тут еще человек из плена звонит. Конечно, они выдают фразы «как бы чего не вышло».

Михаил Гольденберг: «Путин сравнил себя с Петром Первым. А войну с Украиной с войной против Швеции. Почему руководство страны живет прошлым? Насколько такой тезис войдет в народ, будут ли воспринимать Путина как великого правителя сейчас и через некоторое время?»

Илья Пономарев: «Думаю, Путину надо себя сравнивать скорее с Петром Последним. Надеюсь, что так оно и будет. Начитавшись всяких исторических книг за время ковида, Путин примеряет на себя разные исторические роли. Все эти исторические экскурсы Путина – это дворовый разговор. Собственно, Путин и есть такой дворовый парень, с дворовой логикой и лезет в большую политику. Чтобы такого быдловатого парня поставить на место, нужно просто дать ему по морде, а там люди вежливые, они уже отвыкли от такого подхода, поэтому они стараются от него дистанцироваться.

Если бы Путин закончил свое правление в 2008 году, я уверен, что его вспоминали бы очень хорошо. Несмотря на многие непопулярные проводимые им реформы. И уже тогда он наломал дров – Ходорковского сажал, много чего еще. Сейчас у него нет никакого шанса остаться в истории со знаком плюс. К сожалению, он явно прольет еще много крови, ему явно остается только слава Герострата».

Анна Бельчева: «Дмитрий Медведев проявляет все больше активности. Недавно написал короткий пост о том, как он ненавидит «их», кто хочет уничтожить Россию. Причем не уточнил, о ком конкретно речь. Откуда такая ненависть? Это продуманный политтехнологический ход или полный отрыв от реальности? Кому он адресовал эти сообщения?»

Илья Пономарев: «Это, не отрыв от реальности – как раз он взглянул в глаза реальности. У Дмитрия Анатольевича в последнее время много личных семейных проблем. Сына выгоняли из Соединенных Штатов, аннулировали визу. Конфисковывают все непосильно нажитое добро. Отдельные добрые люди на Медведева записали какие-то бензоколонки, какой-то мелкий ритейл. У него был какой-то мелкий бизнес, который должен был ему приносить деньги и создавал возможность жить в Соединенных Штатах. У самого Дмитрия Анатольевича есть активы в Италии. Виноградники и все прочее. Тоже все это исчезло безвозвратно. А все то, что у него есть в России, – оно не его. Все эти домики с уточками и все остальное – это вещи, которые ему дали пользоваться. То есть это номенклатурная государственная собственность, которой пользуется Дмитрий Анатолиевич Медведев. У него нет источника доходов, который бы позволил это купить. Поэтому это официально ФСОшная тема, резиденция. В которой проживает бывший президент Российской Федерации. Это означает, что в любой момент Владимир Владимирович скажет: “Дима, надоел”. И у него останется только домик для уточки, в котором он может жить. Вряд ли его такая перспектива устраивает. Поэтому для него крах надежд на склоне лет. Можно сказать – все, тупик. Деваться абсолютно некуда. Да еще последняя надежда, которая в жизни была, о том, что он может опять стать президентом Российской Федерации, Кириенко уводит из-под носа. Конечно у человека все тяжело. Он сколько терпел унижения, предал всех своих друзей. Ради чего?

На самом деле, то что он говорит про эту ненависть, – это ненависть к Путину. Он не может сам себе признать, что его ненависть — это ненависть к Путину, он просто ее как ненависть к окружающему миру высказывает. Но на самом деле все его слова – их адресатом является Владимир Владимирович Путин».

Денис Коваль: «Писателя Дмитрия Глуховского и соратника Навального Ивана Жданова объявили в розыск. Против самого Навального завели уже новое уголовное дело. Сколько еще власти будут закручивать гайки? Митингов в стране нет, им ничего и ничто не угрожает. Зачем тогда проводить такую жестокую политику?

Илья Пономарев: «Эта логика абсолютно понятна, она абсолютно бюрократическая. За каждый поворот гайки дают звездочки на погоны. Там очередь людей с рычагом, которые хотят эту гаечку еще немножечко подтянуть. Здесь даже не нужно со стороны Путина давать команду. Потому что там такое количество заинтересованных лиц, и вся система их подталкивает к тому, чтобы они этим занимались. Закончится это только с одним – со срывом гайки. Со срывом резьбы. Ничего другого не может быть в принципе. Для России это мрачные и темные времена, но никогда в истории не было, чтобы правитель большую часть своего правления вел одну линию, а потом вдруг прозрел и сказал: «Давайте мы это все исправим». То есть были резкие сломы – как Иван Грозный. У него было несколько сломов по политике, поворотов. Но каждый следующий был еще большим закручиванием гаек по сравнению с тем, что было до того. В случае с Путиным будет то же самое. Только крах этого режима закончит процесс закручивания гаек. Из этой логики надо исходить. Все эти люди, которые надеются, что пронесет. Нет, не пронесет. Надо исходить из того, что каждый получит уголовное дело. И к каждому придут. Поэтому надо готовиться, и люди, которые готовы драться, они должны делать вещи, направленные на уход в подполье в любой момент времени. Те, кто не готов драться, должны уезжать. Нет другого пути. Даже по своему личному опыту могу сказать. Я в 2014 году готовился к уходу в подполье. Но, к сожалению, власти это просчитали и поэтому не дали мне вернуться в Россию – они знали, что я не уеду. Но большинство уезжает. Но кто-то держится. Есть те, кто держатся, как наш друг Володя Кара-Мурза, который выбирает для себя чисто диссидентское действие. Он не готов к насилию, он не готов брать винтовку и сражаться с винтовкой, но зато готов сознательно идти в тюрьму, как на эшафот для того, чтобы быть моральным ориентиром для остальных. Это вызывает всяческое уважение. Но, как сказал Ленин: “Мы пойдём другим путем”».

«В Госдуме хотят отозвать признание госнезависимости Литвы. Зачем нужно такое нелепое решение, что оно даст России? Вряд ли Россия решится нападать на страну НАТО, а разорвать отношения можно и без отзыва признаний»,интересуется Аркадий Миллер.

Илья Пономарев: «Очень лукавы эти слова, которые любят журналисты, – “в Госдуме сказали (тм)”. Начинаешь смотреть, кто конкретно и что сказал, выясняется, что это какой-то деревенский дурачок, который туда затесался. Пока ваш покорный слуга был еще депутатом Госдумы, но уже в этом время был в Украине, украинские СМИ тоже очень любили про это говорить: “А в Госдуме нам сказали (тм)” и дальше – моя цитата. Мне очень приятно, что во мне видели всю Государственную думу, но при всей мудрости тех слов, которые я говорил, к сожалению, они не были позицией Государственной думы. Так же и здесь. Это заявил депутат Федоров, известный сумасшедший в прямом смысле слова. Подозреваю, что со справкой. Я ее не видел, но у меня была информация, что у него есть справка о том, что он псих. Знаю я его очень хорошо. Он был председателем комитета по экономической политике Государственной думы и медленно сходил с ума именно на этой должности. Когда я его видел первый раз, еще ничего этого не предвещало, но чем дальше, тем больше было видно реальное психическое расстройство – он шизофреник. Он сейчас попал в Госдуму в результате сложной кремлевской договоренности. Могу как-нибудь потом о ней рассказать – это смешная история, как он в Думу попал, естественно не на руководящей должности, просто как рядовой депутат. Он нас иногда радует сумасшедшими инициативами. Вот это такая сумасшедшая инициатива, которую он внес в Государственную думу. Думаю, никто за это голосовать не будет и не собирается, вряд ли дело дойдет даже до первого чтения, но как бы она есть. В ответ один депутат Литовского сейма ответил абсолютно в том же духе. О том, что мы тогда денонсируем мирный договор, по которому российский царь отказался от признания своим сюзереном литовского князя. И потребуем еще себе назад Смоленскую область, которая потом отошла в Россию. В нарушение этого договора! По тому договору как раз ценой этого признания было, что Литве принадлежало Черниговское княжество и Смоленское княжество. Соответственно, территории современной Украины, России и Беларуси. Вот и поговорили. Давайте все-таки правильно понимать, что это психическое расстройство.

Думаю, Кремлю выгодны подобные вещи. Они раньше всегда использовали ныне покойного Владимира Вольфовича Жириновского для того чтобы вкидывать разные неадекватные инициативы. Когда делаешь что-то с перебором, тестируешь и реакцию своего общества, и реакцию чужих обществ. Но в конечном итоге вот этот заголовок: “В Госдуме сказали, что Литва больше не является независимой!” Это прочитали и в Литве тоже. Именно в такой формулировке. Это стало предметом обсуждения в литовских СМИ. И это называется инструментом того, что мы называем гибридной войной. Надеюсь что не дойдет дело до подобного рода вещей. Был в истории России пример похожий. Это было начало 1996 года, по-моему, март месяц, когда в рамках избирательной кампании Геннадия Андреевича Зюганова фракция коммунистов в Государственной думе выступила с инициативой денонсации Беловежских соглашений о распаде Советского Союза. Более того: за это проголосовало большинство. И после этого возникла довольно забавная ситуация. Получается, проголосовав за это решение, Российская Федерация не имела юридической силы своего существования. Потому что тогда должен был продолжать сохраняться Советский Союз. В нем должны были приниматься все политические решения. Конституция Российской Федерации была нелегитимна. Вообще вся конструкция власти, включая те самые выборы, в которых участвовал Геннадий Андреевич Зюганов, они как бы оказывались висящими в воздухе. На этом основании группа вокруг Ельцина во главе с господином Коржаковым хотела вообще закрыть Государственную думу – распустить, отменить эти самые выборы, и чтобы Ельцин просто продолжал быть правителем России безо всяких дальнейших выборов. Этого не произошло, несмотря на то, что Дума приняла это решение и вполне легитимно за это проголосовала, большинство — это решение просто прибили на стенку, и оно никаких последствий не имело. Здесь же то же самое: если открыть этот ящик Пандоры с Литвой – там же Федоров пишет, на каком основании говорит. Госсовет СССР, который сделал подобное признание, что он был нелегитимным, неконституционным органом. Нигде не был прописан. Почему Госсовет принимал решение о независимости? Тогда, если Госсовет был нелегитимным органом и не имел права принимать решения о независимости Литвы, мы возвращаемся ровно к тому решению Госдумы 1996 года, потому что существование Российской Федерации не имеет никакой правовой силы. Ее (РФ) не существует. И по-прежнему тогда существует Советский Союз. В голове у господина Федорова. Тогда все остальное что происходит – собирайтесь и, прежде всего Владимир Владимирович Путин как президент Российской Федерации, которой нет – идите отсюда. А Михаил Сергеевич Горбачев, между прочим, до сих пор живой. И прямым последствием, если проголосовать за решение, предложенное Федоровым, то что главой Советского Союза становится Михаил Сергеевич Горбачев. И если считать, что как минимум Российская Федерация является правопреемником СССР, как она себя объявляла, тогда Путин идет в жопу, а на его место в Кремль заезжает Михаил Сергеевич.

«Курс рубля начал немного ослабевать на фоне снятия отмены обязательно продажи валютной выручки. Что будет с курсом рубля? Почему Путин решил лично этим заниматься?» спрашивает Константин.

Илья Пономарев: «Когда «Утро Февраля» выкрало и опубликовало бумажку из Центробанка по-поводу возможных ограничений, нас обзывали фейкометами. Вот сейчас все эти ограничения и вводятся разными брокерскими компаниями. И никто не извинился за упреки нам. А мы видим сейчас ограничения даже просто по хранению валюты. Начал Тиньков, ВТБ последовал этому примеру. То есть сейчас это не банк вам платит за то, что вы держите деньги на счетах банка. А вы должны платить банку денег за то, что ваши деньги находятся в этом банке. Это говорит о глубочайшем нездоровье банковской системы. Банк просто говорит: “Забери ради Бога свои деньги от нас, потому что у нас с этим проблемы. Приди к нам и забери свои деньги”. То, что происходит с экономикой и курсом рубля, – это… многие патриоты радуются, мол, как классно, стабильность, рубль растет, укрепляется, все хорошо. На самом деле это означает смерть производствам. Это означает, что себестоимость всего того, что есть в Российской Федерации, если брать долларовое значение, то все многократно дорожает. В условиях, когда ты живешь в полностью изолированной рублевой экономике и хрен бы с ним. Но российская экономика – экспортно ориентирована. И на данный момент на этом стоит вся экономическая стабильность Российской Федерации: на возможности экспортировать. А если у тебя резко растет себестоимость всего, что ты производишь, то теряешь возможность для экспорта, потому что, когда переведешь это в валюту, то что ты раньше экспортировал по цене в один доллар, сейчас будет по цене в полтора. И ты становишься не конкурентноспособным по сравнению с аналогами, которые существуют в других странах. Если раньше Россия могла взять дешевизной, то сейчас этого уже не будет. Поэтому проблема в укреплении рубля, и весь бизнес бьет в набат, поэтому Путин и начал про это говорить. Изначально все было очень прикольно – вот вам американцы, вы нам санкции, а мы крепчаем. Но сейчас это превратилось в реальную серьезнейшую проблему для экономики. Кроме того, это проблема обязательств бюджета. Что происходит? Приходит в страну сто долларов от продажи нефти. Они пересчитываются в рубли и поступают в бюджет. Что-то забирает нефтяная компания, все остальное в виде налогов, акцизов изымается, пересчитывается в рубли, засчитывается в бюджет. Когда у тебя доллар стоит сто рублей, соответственно, зачислишь в бюджет десять тысяч. А когда у тебя доллар стоит пятьдесят, то за ту же самую продажу барреля нефти ты зачислишь только пять тысяч. И это означает, что ты наполовину теряешь возможность исполнять свои обязательства. Пока был еще большой приток за счет высоких цен на нефть – ок. Было одно на другое, как-то компенсировалось. Но сейчас еще будет входить в силу нефтяное эмбарго Евросоюза. И это будет означать для Российской Федерации потерю примерно половины нефтяного экспорта. А половина нефтяного экспорта – это примерно сейчас если кумулятивно смотреть со всеми областями экономики, которые связаны с нефтедобычей, то это примерно 25%-30% бюджета. Был бы и правда рубль высоким, это можно было бы компенсировать за счет того, что за меньшее количество долларов мы получим меньшее количество рублей. А тут, наоборот, и еще многократно усиливается этот самый негативный эффект. То есть они сами себя загнали в ловушку, и как отсюда выбраться, не очень понятно. Потому что рубль не случайно такой дорогой. Это не потому, что Центробанк приказал ему быть по 60 копеек за один доллар, а это потому, что из страны ушли все импортеры. Ушли западные компании. Они перестали завозить товары. Соответственно, перестала валюта уходить из страны, она стала быть никому не нужной. Поэтому рубль укрепляется. Потому что всем нужны в этой ситуации не доллары, а рубли для того, чтобы экономика работала. И чем дальше, тем будет только хуже».

Ольга Волкова: «Если Путин может единолично замораживать вклады россиян, единолично курировать курс рубля, единолично курировать все военные операции – для чего все эти госструктуры?»

Илья Пономарев: «Это же мечта любого бюрократа. Когда ты что-то делаешь. Тебе платят зарплату, и ты ни за что при этом не отвечаешь. Потому что за все отвечает твой начальник. Путин смотрит на результат этой” спецоперации” и говорит: “Ну Боже, какие же идиоты. Какие же мудаки. Как с ними можно работать. Я умный, буду принимать решения сам”. И будет на себя это брать. Набиуллина от того, что Путин берет на себя часть функции валютного регулирования, должна быть счастлива. Ей бы бы вменили в вину вот это и это, но она может сказать: “Владимир Владимирович, я сделала, как вы сказали”.

Исполнители все равно нужны. Для того чтобы исполнять функции валютного контроля, Центробанк все равно нужен. Эти бюрократы как-то работают, их нужно организовать. Значит, и председатель Центрального банка нужен для того, чтобы они работали. Если при этом они работают, но они не отвечают за то, что они делают, за все отвечает великий вождь – это же мечта».

Вопрос от Евгения Орского: «Власти стали активнее банить VPN-сервисы по мере того, как люди пользуются ими все чаще. Откуда нам получать объективную информацию? Могут ли в Кремле пойти на тотальное закрытие и отделение интернета? Нужно ли готовиться к такому сценарию и как?»

Илья Пономарев: «На самом деле мы это видим все время по нашему трафику, видим, насколько людям становится сложнее и сложнее заходить. Но все равно, коллеги, вы пользуйтесь VPN, не все VPN заблокированы. И более того, сами чиновники Минцифры, как человек, который знает лично, могу засвидетельствовать, что они очень не стремятся бежать впереди паровоза. Потому что все на данный момент пользуются теми услугами, которые на данный момент находятся за VPN. И никто не хочет терять доступ к Фейсбуку и ко много чему еще. VPN все пользуются самым активным образом. Поэтому бороться они будут, имитировать борьбу будут, но они не хотят в этой войне победить так же, как и в войне с Украиной. Эта война изначально проиграна. Что касается изоляции интернета, то технически Российская Федерация это сделать может. Практически, думаю знаю всех людей, принимающих на эту тему решения, они предпримут все возможности, чтобы этого не произошло. Для них даже самих лично это определенная красная линия, внутренний переход, за который они не хотят нести ответственность. Максут Шатаев во главе российской Минцифры точно не хочет быть тем человеком, который отключил бы Российскую Федерацию от интернета. Он выполнит этот приказ, если он его получит, но точно приложит все усилия для того, чтобы такого приказа не прозвучало. Я думаю, что его не прозвучит до момента какого-то мегаобострения, вот когда в Москве будет восстание, и люди будут осаждать Кремль, тогда, я думаю, они нажмут на большую красную кнопку и отрубят коммуникации между восставшими. Чтобы им было невозможно друг с другом общаться. Но до этого момента времени я думаю этого не будет».

Ольга Волкова: «А локально. Блокировка YouTube?»

Илья Пономарев: «Я удивлен, что до сих пор этого не произошло. Могут это сделать в любой момент. Считаю, что могут».

Олег Лялин: «Черногория, Болгария и Македония не дали разрешения самолету с Лавровым пролететь в Сербию. Потом в СМИ появилась невероятная история о похищении министра. Как это все можно объяснить? Станет ли Лавров и другие российские чиновники невыездными?»

Илья Пономарев: «История по-поводу похищения – даже не могу ее прокомментировать. Непонятно, что там в итоге произошло на самом деле. Что касается не пропуска Лаврова – пощечина очень звонкая. Потому что и Черногория к Российской Федерации относилась очень хорошо. И в значительной степени зависит от российских туристов и всего прочего. Болгария – ее вообще в советское время 16-й республикой называли. Но наши умельцы внешнеполитические умудрились поссориться со всеми. В Черногории они попытались путч устроить. Элеонора Митрофанова, посол Российской Федерации в Болгарии несколько раз оскорбила болгарское руководство, тем самым очень сильно настроила его против себя, хотя Болгария всегда старалась балансировать и не ставать на какую-то одну сторону. Вот сейчас пожинаем эти плоды. Точнее они пожинают эти плоды. И поделом, я так скажу. Пусть летают рейсовыми самолетами – рейсовые самолеты пропускают».

Елизавета Бурлакова: «В так называемой «ДНР» вынесли смертный приговор пленным британцам, которые воевали в рядах ВСУ. Их казнят? Есть ли надежда, что их обменяют, и таким решением просто повышают ставки?»

Илья Пономарев: «Очень трудный вопрос. Потому что в нынешней ситуации произойти может все что угодно. Просто реально все что угодно. Хватит глупости и расстрелять. Но надеюсь, конечно. И все-таки там два против одного и даже три против одного, что это будут использовать для торговли. Просто как это будут использовать для торговли? Будут говорить Джонсону: “А ты не поставляй тяжелых вооружений в Украину?” Но я не думаю, что Британия пойдет на такую цену, чтобы спасти этих людей. И думаю, что никто не должен пойти на такую цену. Гитлер бы взял британцев пленных во время войны и говорил: “Я вам их отдам – не стреляйте по частям Вермахта”. Вряд ли на это кто-то бы пошел, правильно? Думаю, что и здесь не пойдут. Но торговля вот такая, беспринципная, она обязательно будет происходить.

Самое очевидное – обмен. Неравномерный, неравноправный обмен. Одного британца на десять человек. Или каких-то особых людей. Есть же люди в плену не рядовые, а более высокопоставленные российские офицеры — вот можно менять рядового на офицера».

Сергей Лащ, следующий вопрос. «На фоне разговоров о “хороших русских” появилась еще одна историческая и философская дискуссия. Несут ли граждане России коллективную ответственность за то, что происходит в Украине?»

Илья Пономарев: «Это дискуссия началась не сегодня. Как минимум, она появилась в 2014 году. И я с очень многими знакомыми поссорился из-за своей позиции по этому вопросу. Потому что многие люди вообще не хотят слышать и понимать этой позиции. Я считаю так. Есть понятие “вина” и есть понятие “ответственность”. Ответственность – это правовое гражданское понятие. Ответственность, безусловно, несем все мы. Все, у кого были и есть российские паспорта, – все отвечают за действия своего президента. Даже если они за него не голосовали. Отвечают за действия своей армии. Отвечают за действия своих чиновников. Отвечают просто за действия других своих сограждан. Потому что это наша страна. И мы ее граждане. И государство состоит из всех граждан. Вне зависимости от своих политических взглядов. И даже тот, кто никогда не голосовал за этого президента, никогда не поддерживал его действия, тем не менее он не предотвратил того, что он стал во главе государства. Доля ответственности на нем тем самым есть. Она есть на мне точно так же, как на члене “Единой России”. Мы не смогли остановить этого человека. Вопрос только в том – виноват ли я в том, что происходит в Украине или в Буче? Нет, я не виноват. И очень многие россияне в этом не виноваты, потому что они это не поддерживали и не поддерживают сейчас. Вины нет – ответственность есть. В этом есть, на мой взгляд, очень важная разница. И эта ответственность отличается от вины. Потому что вина, она всегда с тобой. В том, что это уже произошло, ты будешь виноват до конца своих дней. Ты можешь сделать что-то более полезное, можешь перекрыть эту вину, эту вину искупить каким-то образом, но она все равно остается с тобой. То, что касается ответственности, тут ситуация обратная. Это наша миссия – убрать этого гада от власти и прекратить эту войну. Эта ответственность на нас остается, она остается на каждом. И тут возникает вопрос ко многим нашим соотечественникам, которые уезжают и говорят: “Все, гудбай Раша”. Мы не хотим про нее ничего знать и слышать. Это люди, которые от ответственности пытаются убежать, но от нее убежать нельзя».

Следующий вопрос от Антона Василенко: «В турецких СМИ появились новые требования Эрдогана к Финляндии и Швеции к вступлению в НАТО. Выглядят они радикально и трудновыполнимо. Какая мотивация у Эрдогана шантажировать весь Альянс? Действительно ли дело в поддержке курдов или таким образом Турция помогает Путину избежать окружения? Вступят ли Финляндия и Швеция в НАТО?»

Илья Пономарев: «Я уверен, что вступят. Тут у меня никаких нет сомнений. Поскольку в НАТО существует консенсус за исключением Турции. Это должно произойти, и я думаю, что так или иначе Турцию уговорят. Турция сама прекрасно понимает, что ее уговорят. Но у людей праздник – они хотят поторговаться. Свое согласие они хотят продать подороже, и у них действительно есть ряд претензий к другим членам Альянса, когда она много раз говорила про свои политические требования, а ее не слушали. Вот она сейчас за это отыгрывается и, конечно, вопрос о поддержке курдов, дача политических убежища в скандинавских странах, действительно для Турции выглядит болезненным, и это важный вопрос для Эрдогана лично. Кроме того, у Эрдогана есть все эти политические враги – гюленисты, которым дают политическое убежище, защиту и так далее. Хотя Эрдоган никак официально не выкатил претензию к Соединенным Штатам, а Гюлен – тоже Соединенные Штаты, Пенсильвания. Тем не менее не сомневаюсь, если у него будет хоть малейшая возможность сделать подобную предъяву или что-то потребовать, он колебаться не будет. Поэтому исход процесса очевиден, но, думаю, Швеции и Финляндии придется пойти навстречу каким-то требованиям Турции.

Мы уже неоднократно в течение разговора возвращаемся к Турции. Думаю, на Турцию есть два разных взгляда и в Украине, и в России. Кто-то называет ее вассалом Путина, союзником Путина. Эрдоган – такой же, как Путин, и поэтому они действую вместе. Кто-то, наоборот, говорит – нет, он просто вынужден прислушиваться, он, конечно, за Украину, “Байрактары” поставляет, аннексию Крыма не признал и много еще чего. Правда на самом деле посередине. Эрдоган очень сильный и серьезный региональный лидер. Который не является другом ни России, ни Украины. Он является другом только Турции в том виде, в котором он понимает ее национальные интересы. И Эрдоган заинтересован в максимальном усилении позиций своей державы на политической карте мира. Он сторонник пантюркистской идеологии. Он отошел от традиционного подхода светского, который заложил Ататюрк, что Турция – она для турок. Что это этническое турецкое государство. Эрдоган со своим мягким исламизмом скорее возвращается во времена Османской империи. И его пантюркистский подход гораздо ближе к вот этому подходу Османского халифата. Он укрепляет связи с Азербайджаном и со всеми тюркоязычными странами Центральной Азии – это из этого. Эрдоган играет с Путиным в разнообразные игры. Где надо – старается использовать его в своих интересах. Где надо – очень жестко отстаивает свои собственные интересы. И я могу перечислять очень много вещей, где они с Путиным оказывались по разные стороны баррикад. Пример Сирии, пример Азербайджана. Пример транзитных энергетических потоков – как те, которые идут из России, так и те, которые идут из Каспия через территорию Турции, они все про это наглядно говорят. Когда Эрдоган поддерживает Украину и поддерживает крымских татар – он исходит из своей общей базовой идеологии. Мы должны Турцию воспринимать исключительно как державу, которая преследует свои собственные интересы. Она точно не является марионеткой ни Запада, ни Востока, ни Путина, никого-либо еще. Это мощный и самостоятельный игрок. Его интересы понятны, и все что происходит, нужно воспринимать именно через контекст этих интересов. То, где у нас есть возможность что-то для этих интересов предложить, мы должны предлагать и получать ответный возврат».

Спрашивает Любовь Лебедева: «Госдума приняла закон об иностранных агентах. И несмотря на то, что список пополняется каждую неделю и туда попадают люди за деньги от рекламы Google, законодательство продолжают ужесточать – в него ввели новое понятие: иностранное влияние. Под него можно подвязать любой контакт с иностранными институциями. Не считаете ли вы, что следующим этапом будет поощрение доносов на законодательном уровне и железный занавес захлопнется до конца?»

Илья Пономарев: «В том, что железный занавес будет опускаться и дальше – я уверен. Это происходит каждый день. В то же самое время думаю, что Путин будет стараться оставить определенную щелочку с двумя целями. Во-первых, он реально заинтересован в том, чтобы несогласные уезжали. Те из российских оппозиционеров, которые кричат “уезжайте”, – они в этом смысле 100% союзники Путина. Потому что это то же самое послать арестовать человека и отправить его в лагеря с точки зрения Путина — это сейчас добиться его эмиграции. Уехал – все. Национал предатель. На российскую ситуацию ты больше не влияешь. Возможности нет. Этот железный занавес защищает. Ну, давай – сваливай. И он всячески стимулирует этот самый отток кадров. Если бы это как-то влияло на экономическую ситуацию. А это не влияет. Потому что основы – это все равно нефтегазовые доходы и их производные. И в этой ситуации если всякие разночинцы, владельцы малого бизнеса свалят – ему точно никакой разницы. Для него это: баба с возу – кобыле легче. Для того, чтобы этот процесс мог продолжаться, ему важна щелочка. Но и ему очень важно, чтобы была все время угроза того, что эта щелочка закроется. Потому что под эту угрозу многие дополнительно начинают уезжать. Многие: а вдруг завтра введут выездные визы? А вдруг завтра тут нас как-то объявят и будет совсем плохо? А если вот сейчас свалим, то, может, как-то и отпетляем. Я сейчас разговариваю с эным количеством российских олигархов, очень крупных бизнесменов, которые настроены антипутински, которые живут на Западе. Но которые все равно были достаточно рядом с российской властью и которые в ближайшее время попадут под санкции. Поезд запущен, каток в их сторону едет, несмотря на то, что они находятся на Западе. Но они все равно еще надеются, что отпетляют. И это свойство человека надеяться, что как-нибудь само рассосется, особенно у тех людей, которые не внутри процесса, а около, рядом. Нет. Не рассосется. Это будут делать с двух сторон одновременно: со стороны Кремля и со стороны Белого дома. Но никто не заинтересован чтоб рассосалось. Поэтому – да. Этот железный занавес реальность нашего существования и нам его надо вместе ломать».

Следующий вопрос задает Игорь Платонов: «Зеленский ввел санкции против Путина, Шойгу, Мишустина и десятков других чиновников. Сколько у высшего руководства России было тайных активов в Украине? Эта ударит по ним?»

Илья Пономарев: «Конечно, у всех этих людей никаких активов в Украине не было. Думаю, что это действие Зеленского связано с совершенно другим. На этой неделе не так много людей на это обратили внимание, хотя мы говорили об этом в эфире нашего канала “Утро Февраля”, была окончательно согласована бумага между Украиной и Соединенными Штатами относительно принципов наложения санкций. И одним из пунктов этой бумаги был пункт о том, что западный мир будет синхронизировать санкционные списки между собой, потому что сейчас на замечательном сайте, который сделало агентство противодействия коррупции в Украине, на который я всем рекомендую зайти, есть и по-украински, и по-русски, и по-английски. Поэтому им может пользоваться любой человек, в том числе из России. Так вот. На этом сайте единая база данных примерно из 12 тысяч лиц, которые в итоге должны будут попасть под санкции. И под каждым из этих лиц – какая страна сейчас на них наложила санкции. Там есть, например, Владимир Лисин – только Австралия почему-то наложила на него санкции. Почему Австралия? Не знаю. Вот Австралия на Владимира Борисовича Лисина уже наложила санкции. А Соединенные Штаты или Украина – нет. А по кому-то наложила санкции только Канада, а по кому-то – только Америка. А по кому-то –только Украина. Вот эти все списки они должны в конечном итоге быть полностью синхронизированы. Я думаю, то действие, которое совершил сейчас Зеленский, направлено ровно на одно: чтобы быть уверенным, что по этим гадам все наложат санкции. Что сейчас их надо ввести в украинский список, в котором их раньше не было, что эта синхронизация, которая произойдет, что это требование Украины. Потому что все договорились, что украинские требования они примут. И тогда они не смогут – мы всех да, а Путина нет. А мы всех да, а Пескова не будем. Мы всех да, а Лаврова не будем. Теперь они попали в эту общую базу данных».

«Как вам новый логотип псевдоМакдональдса?» Интересуется Юлия Романовская.

Илья Пономарев: «Мне этот логотип напомнил логотип Марриотта. Потому что очень похож на логотип сети гостиниц “Марриотт”. Там тоже такие закругления есть. Если взять не закругления, если перевернуть – это будет логотип “Уорнер Бразерс”. Одно понятно. Дизайнеры разъехались. Вместе с остальными любителями латте. Остался тот, кто остался, и вот те, кто остались, родили этот шедевр импортозамещения. Мне кажется, можно много сказать о том, какое будет качество еды в «Макдональдсе», глядя на этот логотип.

Не хочу сейчас уподобляться Артемию Лебедеву, но сочетание зеленого, оранжевого и красного – мое эстетическое чувство ставит вопрос, где учились эти дизайнеры?

Я смотрю на это через призму психологии российского бизнеса, который совершенно отвратителен в этом смысле. На эту квинтэссенцию технократического подхода. Откуда это вообще происходит? Я не знаю, настоящее ли это меню нового «Макдональдса», я в этом не до конца уверен, но уверен, что такого сейчас в России будет очень много. Почему? Потому что любой маркетолог, с которым ты сядешь, кто пойдет в этот новый “Макдональдс”? Те люди, которые в него ходили до того – они в него не пойдут. Они знают, что это все эрзац, нет контроля качества, а значит, и всего остального. Поэтому тот, кто был раньше в целевой аудитории “Макдональдса”, в этот новый – не пойдет. Кто пойдет? Пойдут ура-патриоты. Смотрим на эти самые бургеры – видим, что патриоты выглядят очень кровавыми».

Петр Ребров: «Завод “Рено” в Москве переименовали в” Москвич”. А коллаборанты в Мелитополе планирую вернуть производство Запорожцев. Что ждет наш автопром? Будут ли в России какие-то машины, кроме российских и китайских?»

Илья Пономарев: «Отвечаю вам, Петр, коротко ясно. Нет. Не будут. На самом деле нет – будут. Еще будут “Мерседесы” турецкой сборки. Потому что собираются сейчас машинокомплекты завозить туда и собирать там. Так что еще турецкие машины будут».

«Яндекс-карты перестали показывать государственные границы. В соцсетях люди гадают – это попытка трудного выбора где рисовать границы или следование политике Кремля по стиранию тех самых границ. Связано ли это с недавним внесением Воложа в санкционный список?»Зоя Кириенко.

Илья Пономарев: «Зоя, вы не родственница Кириенко? Правильный вопрос в любом случае. Потому что внутри Яндекса происходят очень тяжелые процессы. У меня там огромное количество друзей, регулярно звонят и что-то рассказывают о том, что происходит внутри компании. Уж как они пытались отпетлять от этих самых границ. Когда-то это была идея покойного Ильи Сегаловича, партнера Аркадия Воложа, они – сооснователи Яндекса. Илья скончался в 2013 году, к сожалению. Не дожил до того как это все началось. Но уже тогда было все это политическое давление и тогда в Яндексе они ввели сервис, по-моему, в 2011 году, Яндекс-блоги, с помощью которых мониторилась блогосфера. Индексировалась и можно было искать по блогам. Возник конфликт с Кремлем, что если так, то это считать СМИ, блоги должны считать СМИ, тогда на них распространяется законодательство СМИ, к ним тоже могут приходить, отключать, блокировать и так далее. Яндекс, хотя это был очень удобный сервис, которым я лично все время пользовался, они решил его выключить, чтобы не подводить людей, которые ведут эти самые блоги. Тогда это в “Живом Журнал”е это все было. Яндекс это отключил. Но найти смелость отключит Яндекс-новости, которые превращались постепенно в инструмент государственной пропаганды уже после кончины Сегаловича, Волож такой смелости не нашел. И это его в итоге привело под санкции. И не исключаю, что это приведет под санкции и саму компанию Яндекс, тем более что есть за интересанты с точки зрения их конкурентов, которые будут этого хотеть. Все это будет очень печально, но закономерно. Сейчас Яндекс продает весь этот новостной сервис Вконтакте, в холдинг ВК. Не знаю, в каком состоянии эта сделка. Они должны были ее закрыть в июне. С тем, чтобы с 1 июля уже избавиться от всего новостного блока. И карты — это еще одна из конфликтных вещей. Они всячески пытаются сейчас все что может вызвать политический конфликт с себя сбросить. Даже путем отключения каких-то сервисов. Это на самом деле правильно, но уже бесполезно. Время прошло. Это можно было делать до 2014 года. Тем более до 2022 года. А в этом году уже все. Это бессмысленно. Надеюсь, что в Яндексе сохраняться какие-то чисто технологические вещи, что они смогут их перевести в Израиль или еще в какие-то юрисдикции и выскочить из-под этого катка. Хотя есть сомнения и очень жалко, потому что это охрененная компания была и российская, то что называется национальный чемпион».

«Помощник Кадырова, Адам Делимханов, заявил, что надеется на окончание войны до конца года. Насколько это реальный прогноз», – интересуется Мухаммед Абдулаев.

Илья Пономарев: «Мухаммед, судя по имени и фамилии, вы этих людей должны очень хорошо знать. Я их знаю очень хорошо. И Адама знаю прекрасно по Государственной думе, но Кадырова знал старшего, с младшим никогда не встречался, тем не менее, вся его тусовка – очень хорошо понятна психология, то как они общаются и коммуницируют. Они постоянно дают такие ура-прогнозы. И я бы этот прогноз скорее рассматривал с другой точки зрения. Не с точки зрения, что они обещают закончить это до конца года, а что до конца года – это очень большой оптимизм. Они говорят, что до конца года это точно не закончится. Поэтому я лично воспринял заявление Делмиханова, что дело – швах».

Николай Уманский: «Скорее всего, западные санкции приведут к скорому дефолту в России. Ожидать ли каких-то принципиальных изменений в экономических процессах и в положении дел на фронте? Может ли дефолт спровоцировать панику среди населения, которое боится этого слова с 90-х годов?»

Илья Пономарев: «Николай, слово, действительно, страшное. Я очень хорошо его помню как переживал дефолт 1998 года. Но на самом деле в нем ничего такого уж страшного нет. Дефолт Россия переживает сейчас. Поскольку она не в состоянии обслуживать свой долг в валюте из-за санкций. Не то что нет денег – деньги как бы есть. Но нету механизмов, по которым можно расплатиться с теми долгами, обслуживать ценные бумаги, облигации, которые Россия навыпускала прежде всего на европейском рынке. Их не так много, с точки зрения общего объема экономики, поэтому экономически это не такой значимый процесс. Но это очень неприятно, потому что лишает возможности Россию вести какие-то финансовые дела с Западом, выставляет ее как неблагонадежного заемщика. Но само по себе может ли как-то отразиться на жизни простых россиян? Минимально. Именно потому что Россия слабо зависит на данный момент от иностранных заимствований. А своей валюты у нее очень много за счет того, что называется положительное сальдо торгового баланса, притока денег из-за продажи энергоносителей. Цены на них высокие, денег за них приходит достаточно много, при этом импорт резко сократился, а разница между экспортом и импортом очень сильно увеличилась и сейчас приток денег в Россию очень большой. Но это он большой сейчас. К концу года это начнет заканчиваться. Потому что начнет действовать европейское нефтяное эмбарго. Оно начинает действовать в конце этого года, поэтому проблемы для бюджета следующего года будут очень и очень серьезными. Российскую экономику сейчас ничего хорошее не ожидает, но туда бы ей и дорога – я бы так сказал. Меня волнует, что будет для простых граждан. И возможность Российской Федерации выполнять свои социальные обязательства. Потому что Путин не откажется от финансирования войны. Этого не произойдет никогда. На социальные обязательства, думаю, будут изобретать способы распечатывать резервы, резервные фонды, которые сформированы, в России они достаточно большие. То есть несколько лет, два-три года Россия может продержаться, даже если из-за западных санкций какое-либо взаимодействие с западным миром прекратится. Но потом наше правительство все это будет расхлебывать. И опять придем к ситуации, когда сундуки пусты, а какие-либо возможности их наполнить разрушены, потому что Запад уже не вернется к закупке наших энергоносителей. Даже какое бы там ни было демократическое цивилизованное и милое правительство, уже они от этого уйдут и возврата к этому не будет. Вот об этом нам нужно думать. Путин сейчас расплачивается за эту войну нашим общим будущим. Это самое страшное».

Ольга Волкова: «На этой неделе стало известно, что представители террористического движения “Талибан” будут принимать участие в Петербуржском международном экономическом форуме. Стоит ли этому придавать такое больше значение. С кем будет сотрудничать экономика России?»

Илья Пономарев: «Мы уже неоднократно говорили про все эти вещи, связанные с Афганистаном. По большому счету, России должно быть интересно освоение Афганистана. Потому что там огромные залежи лития, много чего еще. Того, что является кровью экономики ХХI века. Проблема только в том, что экономика самой России двигается не в ХХI, а в ХIХ век. Даже не в ХХ. И в этой ситуации ничего другого, кроме как потыкать палкой в муравейник, это сотрудничество не приведет. Как всегда – сливки снимет Китай. Которому с “Талибаном” впрямую сотрудничать может оказаться неудобно, они попросят русских потаскать эти каштаны из огня, а потом будут импортировать к себе природные ресурсы, которые будут добываться в этой стране. Что можно сказать? Мудрое, мудрое руководство Российской Федерации, которое опять расплачивается россиянами за свои собственные амбиции. Что касается Петербуржского форума – им осталось еще туда ХАМАС позвать “Хезболлу” позвать, по-моему, там “Аль-Каида” еще до конца не разбита и у ИГИЛа много чего там есть интересного. Мало ли что они с ними воюют в Сирии. Я считаю им есть, о чем поговорить».

Series Navigation<< Предыдущая частьСледующая часть >>
ПОДПИСАТЬСЯ НА НАС В GOOGLE НОВОСТИ

Author